Фото РСН

А. МИТНОВИЦКАЯ: В гостях сегодня Владимир Бортко, зампред комитета Госдумы по культуре и режиссёр. Владимир Владимирович в эти минуты в Петербурге в нашей студии. Как дела? Всё хорошо?

В. БОРТКО: По-разному. Как у Христа – одни целуют, другие плюются.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Первая тема, которую я планировала с Вами обсудить – странная. И скандальная. Заместитель министра культуры Владимира Мединского задержан по делу о хищениях в Минкульте. Речь о том самом Григории Перумове, который в 2008 году проходил о деле о взятке. С Вашей точки зрения, министр культуры мог не знать об этом? и как он тогда мог взять такого зама. И более того, сейчас совершенно серьёзно комментировать и говорить, что именно с его участием и его руками было сделано очень много хорошего в направлении реставрации.

В. БОРТКО: Давайте начнём с самого начала. Я не слышал комментария министра культуры.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Я могу Вам коротко зачитать.

В. БОРТКО: Подождите, одну секундочку прежде, чем зачитывать, что бы он ни сказал. Я не знаю, в чём дело, но знаю одно: пока судом человек не признан виновным, он считается невиновным. И хочу Вас спросить: это так, это никто не отменял?

А. МИТНОВИЦКАЯ: Разумеется. А раз так, то как можно обвинять кого-то.

В. БОРТКО: А Вы сейчас предлагаете обвинить министра.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Подождите, Владимир Владимирович, я же не предлагала Вам никого обвинять.

В. БОРТКО: Он мог знать или не знать. А что знать? А вдруг там ничего не было. Тогда нечего знать. Согласитесь, что это логично.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Это логично. С другой стороны, когда ФСБ занимается такими вещами, какие-то причины для этого есть.

В. БОРТКО: У нас невиновных не сажают.

А. МИТНОВИЦКАЯ: То есть Вы предполагаете, что там всё в порядке, и надо подождать.

В. БОРТКО: Я ничего не предполагаю, и Вам советую ничего не предполагать.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Хорошо. Будем говорить о другом. Накануне член патриаршей комиссии по вопросам семьи по вопросам материнства и детства протоиерей Артемий Владимиров предложил исключить из школьной программы произведения Ивана Бунина «Кавказ», Антона Чехова «О любви» и Александра Куприна «Куст сирени». По его мнению, там воспевается свободная любовь. Как Вам в принципе такая идея? Это нормально, так и должно быть?

В. БОРТКО: Нет, не нормально. Я глубоко уважаю служителей церкви, и тем не менее считаю, что тем, чему учить школьников, должно заниматься министерство образования – люди, понимающие в этом.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Дело в том, что развернулась большая дискуссия. Естественно, по большей части в интернете. Все стали вспоминать где, в каком произведении и что конкретно говорится. И вспомнили, что в школьной программе в классике у Бунина совсем не «Кавказ». У Куприна уж точно не «Куст сирени», а скорее «Гранатовый браслет». И откуда взялись эти вещи?

В. БОРТКО: Вполне может быть.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А это вообще нормально, что церковь, при всём уважении к ней, может вмешиваться?

В. БОРТКО: Совершенно точно. По-моему, это не совсем нормально. Церковь может высказать свои соображения приватно министерству культуры. И тогда уже думать о том, будут они так делать или нет. Он от патриарха говорил?

А. МИТНОВИЦКАЯ: Нет, в том-то и дело. Причём самое интересное как раз, что он говорил это от себя. А потом РПЦ пришлось комментировать эту историю и говорить, что они тут ни при чём. Что это всё мнение конкретного человека.

В. БОРТКО: В РПЦ есть образованные люди, которые правильно откомментировали ситуацию.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А Дмитрий Смирнов – это уже руководитель той же патриаршей комиссии тоже вчера сказал, что вообще детям надо показывать только старые мультфильмы. Вы это поддерживаете, если говорить о мультфильмах?

В. БОРТКО: Каким детям? Двухлетним? Четырнадцатилетним?

А. МИТНОВИЦКАЯ: Это он не уточнил.

В. БОРТКО: Если он не уточнил, то я тоже отвечать не буду. Мало ли кто что сказал. Если это официальная точка зрения, давайте будем её комментировать. Если это мнение частного человека, даже у которого крест на груди, он же не от Бога говорит. Не внушал ему Господь этих мыслей. Ну думает он так, а мы с Вами думаем по-другому. Имеем право. Комментарий будет такой: каждый может думать, как он хочет. А вот принимать решения, это совершенно другая история.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А если вообще говорить о современной мультиндустрии? Совершенно очевидно, что они работают не зря. Дотягивают или не дотягивают до уровня старых мультфильмов, на которых росли мы – думаю, Вам виднее.

В. БОРТКО: Я здесь достаточно компетентный. Мне достаточно много лет, и у меня растёт внук, который смотрит мультики. Мне они очень не нравятся. Мне не нравится упрощённый примитивный рисунок, который там существует. Мне не нравится обилие неживых персонажей.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Вы имеете в виду несуществующих?

В. БОРТКО: Да. Всё-таки человек должен смотреть на себе подобных. Пускай это будет зайчик, или белочка. Кто угодно – но живое существо. А когда он окружён механическими куклами, мне это очень не нравится. Но это моё мнение.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А Чебурашка? А колобок?

В. БОРТКО: Чебурашка человечен – ушки, глазки. И колобок, как ни странно, тоже. Он не механичен. Он – живое существо. Его можно не развинтить, а просто съесть, как несчастного колобка. А робота съесть нельзя. Его можно только развинтить. Это что-то античеловеческое. Но я человек старый, может быть, я не прав. И мне очень приятно показывать внуку старые мультфильмы. Вчера я показывал про черепаху и львёнка. Какая прелесть. И с каким удовольствием он смотрел. Хотя он обычно смотрит про какого-то грузовичка Лёву. Почему грузовичок? Это, наверное, развивает. Хотя, по-моему, не очень.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но Вы смогли его перетянуть?

В. БОРТКО: Да, но этим нужно заниматься.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А это уже исключительно родительский вопрос? Или вопрос системы в том числе.

В. БОРТКО: У меня система одна: я и мой внук. Вот и вся система. А родителям я рассказываю, что пока лучше это, а не это. Если они мне верят, наверное, они вникнут. Если нет, что я могу сделать?Для них он сын, для меня внук. И делаю то, что считаю нужным. И думаю, что вчерашний показ пошёл ему на пользу.

А. МИТНОВИЦКАЯ: 8 кинокомпаний России вошли в список на господдержку. Претенденты на субсидию те же, что и годом ранее. Но прежде эти деньги выдавались на условиях возврата всей полученной суммы. А в этом году их вроде как дают безвозмездно. По-вашему, это разумный подход? Это то, что нужно?

В. БОРТКО: Поскольку я один из соискателей, то мне кажется, что разумно. Сразу могу сказать.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Объясните. Я-то уж точно не эксперт в этой области, но мне представляется так: получили деньги, хорошо поработали, создали качественный продукт, люди пошли в кинотеатры, вы собрали деньги. Извольте-ка их вернуть. Это своеобразный беспроцентный кредит.

В. БОРТКО: Всё прекрасно. А теперь давайте посчитаем. Я пошёл в банк брать деньги на производство кинофильма. Мне говорят: под 18%. Дальше история закончилась. Тогда я пошёл в фонд, когда мне должны дать эти деньги с возвратом. Любой кинофильм дороже 1,5 миллиона долларов себя не оправдает. И оправдает он себя только в том случае, если там снимаются медийные люди. Я заработал. Половину я должен отдать кинотеатру. Если я беру 20 миллионов рублей. Поверьте, для кино это очень небольшие деньги. Моя прибыль уже должна быть 40. А если чуть больше?

А. МИТНОВИЦКАЯ: Да, это уже другой вопрос.

В. БОРТКО: Всё, конец. Это заранее неокупаемое производство. Мы в прошлом году сделали 120 кинофильмов. Из них было сделанных 80. Из них окупили себя 4.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Всего лишь? Это же совсем мало. А какие это картины?

В. БОРТКО: Я сейчас не назову точно. Но я знаю, что лидер – мультипликат. Есть замечательный продюсер Сериянов, он делает мультипликации про Добрыню.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Про богатырей.

В. БОРТКО: Да, про богатырей. И там колоссальная прибыль. Он молодец. Всё остальное – значительно ниже и значительно меньше прибыль. А остальные? И если делать вид, что они должны отдать, то всё исходит из того, что у нас должна быть кинематография. Вот мы и пришли к тому, что берите деньги и делайте что-нибудь, чтобы она у нас была. В кинематографии у нас не сильно хорошо.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А в чём сейчас основные беды?

В. БОРТКО: Организация производства – это основная беда. Я лично пришёл в Думу уже почти 5 лет назад, имея предложение как его изменить. Увы, не был понял. Не знаю, может быть, не совсем правильное предложение. Но смысл сводился к тому, что государственные деньги должны идти не восьми мэйджорам, которые сами себя назначили, а это между прочим 3 миллиарда рублей, а на государственные студии. Не был понят.

А. МИТНОВИЦКАЯ: И за 5 лет ничего не поменялось?

В. БОРТКО: Нет.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но я сомневаюсь, что Вы в Госдуме только этот вопрос пытались разрешить.

В. БОРТКО: Это принципиальный вопрос. Как сейчас всё устроено: 6 миллиардов рублей наше государство выделяет на поддержание кинематографа. Из них 3 миллиарда идут в министерство культуры и 3 миллиарда – в Фонд поддержки кинематографии. Министерство культуры – это дебюты, маленькие фильмы, фильмы артхауса, которые не пользуются большой популярностью.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Или просто Вам не нравятся?

В. БОРТКО: Почему, мне кое-что из них нравится.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Просто я Вас представляю как режиссёра большого кино, и какие-то короткометражки – это не серьёзно.

В. БОРТКО: Почему? Артхаус – это бывает большое кино. Например, наш коллега снял кинофильм «Фауст». Он получил премию. Это большое кино и чистой воды артхаус. Но артхаус, как правило, дешёвое кино. И деньги туда идут маленькие, не ожидая возврата. А что касается фонда – да. Это на то, что раньше должно было возвращаться. Но не очень возвращалось. Потрачено 3 миллиарда, вернулось 182 миллиона. Так вот основную часть получают 8 компаний, так называемые мейджоры. Которые якобы знают, как снимать кино, и как делать это хорошо. Так вот пока их не было, нашей продукции на экране было 27%. А сегодня 15%.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Ну да, нехорошие цифры. А дело только в деньгах или в чём-то ещё?

В. БОРТКО: Организация производства. Я должен подать сценарий в тот же фонд, и его должны прочитать. Его подаю не только я, а все кинематографисты нашей страны. Получается примерно 400 сценариев, которые нужно прочесть за 2 недели и дать какой-то результат.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Мне представляется, что никто особенно не читает.

В. БОРТКО: Естественно. Или видят: Бортко – ну, наверное, что-то дельное. Если это Тютькин и Петькин, то – так, в следующий раз посмотрим. Другое дело, государственная студия «Ленфильм». Нас-то гораздо меньше, мы друг друга знаем. Но я замкнулся ещё не только на своих товарищах, но ещё на позицию государства: мы идём в капитализм, и должны идти в частное кино. Ну пошли, и что? Я говорю это не как коммунист, а как режиссёр.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Вы, кстати, больше коммунист или режиссёр?

В. БОРТКО: Я и то, и другое.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Потому что я, когда Вас представляю, мне сначала хочется сказать режиссёр, чем зампред комитета Госдумы по культуре. А Вам как самому кажется?

В. БОРТКО: Я возражать не буду. Конечно же, кино – это единственное, что я умею делать. Но я с большим удовольствием нахожусь в Госдуме. Пытаюсь что-то сделать. Нажимаю кнопки, работая в комитете.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Героями нашей саги наподобие «Игры престолов» должны быть Романовы. Проект будет называться «Эпоха расцвета». Нам это всё надо?

В. БОРТКО: Если звёзды зажигают, значит, это кому-то надо. Решили сделать денежную работу. Дело хорошее. «Игру престолов» уже смотрели. А то, что у нас будет хуже – ну и бог с ним, всё равно посмотрят. Мыши кололись и плакали, но всё равно жрали кактус.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А Вы думаете, будет хуже?

В. БОРТКО: Это проверенная история. Раз своего не хватает, используют чужое. Я считаю, что это совершенно не правильный путь.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А в целом Романовы достойны того, чтобы сделать такой огромный проект?

В. БОРТКО: Романовы – Вы имеете в виду царя-батюшку?

А. МИТНОВИЦКАЯ: Да.

В. БОРТКО: Про любого человека можно снимать кино. Потому что в искусстве – это жизнь человеческого духа. Можно и про Романовых, можно про кого угодно. Лишь бы было интересно. Важно другое, что брать кальку, которая была апробирована на Западе или всё-таки делать своё. Мне кажется, что мы сегодня говори о каких-то вещах, которые не очень интересны нашему зрителю. Мне сейчас интересно другое. Вчера сняли с должности руководителя АвтоВАЗа. И вдруг выясняется, что он разорил всё наше производство.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Это Вы преувеличиваете. Они не говорят так, что он развалил. Они говорят, что убытки есть, и что они серьёзные.

В. БОРТКО: А почему? Потому что он пользовался запчастями не нашими, а их. Значит, наше производство, которое это делало, развалено. Специально, или нет. И теперь выясняется, что люди, которые были с ним в кооперации, его же и убили. Это очень любопытно. А где были все остальные? Куда смотрели?

А. МИТНОВИЦКАЯ: Мы подумали, что недосмотрели.

В. БОРТКО: У нас был царь-батюшка Пётр Алексеевич из Романовых. Последовали бы санкции. Причём очень крутые, за недосмотр. Выпороли бы – точно. А то и похуже.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Владимир Владимирович, смотрите, что интересно. Сейчас ведь опять приглашают иностранца по фамилии Мор. И у всех опять встаёт вопрос – неужто у нас нет своих умных мужиков?

В. БОРТКО: Петра Алексеевича можно вспомнить.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Это как раз то самое время, когда о нём надо вспомнить.

В. БОРТКО: У нас как – начальник русский, а заместителем его будет немец. Система работала гениально. Потому что, если назначить немца, он будет воровать и всё под себя оттянет, а если назначить русского – всё пропьёт. А вместе они работают. И история Петра Алексеевича об этом говорит. Но всегда вначале был русский, а заместители – иностранцы.

А. МИТНОВИЦКАЯ: То есть такой вариант спас бы АвтоВАЗ?

В. БОРТКО: Думаю, да. И собственных Платонов российская земля способна рождать.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Я заговорила с Вами о Романовых, потому что на днях Вы очень ярко высказались по поводу Иосифа Сталина. Говорили в Госдуме и назвали «юности нашей победу».

В. БОРТКО: Сталин нашей юности победа, наш полёт.

А. МИТНОВИЦКАЯ: И людям, которые сидели в креслах, Вы напоминали, что они вовсе не графья и не бароны. И именно Сталин вытащил их родителей и слепил из них то, что есть в конечном счёте. Эта большая любовь к Сталину, которая всё растёт в последнее время, и вместе с тем критика с другой стороны. Владимир Жириновский на этом много баллов зарабатывает. А в Вашем случае это не так?

В. БОРТКО: Я зарабатываю – это смешно. Меня сегодня радиостанция «Свобода» пытала два часа. Но это было интересно. Я всегда был государственником. Для меня самое главное – это мой народ и государство, которое он образовал. Когда я снимаю «Собачье сердце», то я говорю о том, что мне кажется неправильным. Но я остаюсь тем, кто я есть. Когда я говорю о Сталине, то я понимаю, что время было совершенно другим, нежели сейчас. Я вспоминаю его фразу о том, что если мы за 10 лет не пройдём путь, который прошли те за 100, нас сомнут. Не смяли, и война это доказала. Да, мягко говоря, этот путь не был цветочками. Но мы все остались живы. И я сейчас не имею в виду войну. Я имею в виду американский план drop short, в котором 200 атомных бомб должны были быть сброшены на нас. А не сброшены они только потому, что был Иосиф Виссарионович, который смог организовать дело так, что американцы нас по меньшей мере боялись. И мы с вами остались живы. Это стоит помнить или нет? Мы должны помнить то, что, как ни странно, вся лучшая литература и кино были при Иосифе Виссарионовиче. Эйзенштейн – плохо что ли? Булгаков когда писал?

Сейчас не время рассказывать, почему и как крутилась эта карусель. Хотя очень интересно.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А почему не время?

В. БОРТКО: Коротенько, минут за 40 я вам расскажу.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Вы и в Госдуме отметили победу в войне, достижения в космосе, заслуги в индустриализации. И опять: «Сейчас не время рассказывать о репрессиях, откуда они взялись».

В. БОРТКО: Не время рассказывать причины всей машины, раскручивающейся на протяжении многих лет.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Владимир Владимирович, но ведь нельзя же взять и забыть репрессии.

В. БОРТКО: Давайте начнём сначала. Нельзя забыть, тем более, что по нашим бабушкам и дедушкам стреляли. Конечно нельзя. Я говорил о возвращении Сталинграду имени Сталина. Я был в Париже не так давно, и там написано «авеню Сталинград». То есть улица Сталинград. В 16 европейских столицах есть улица Сталинград. Спрашивается, где город? Об этом я и говорил: об исторической памяти. Конечно, мы не воскресим Иосифа Виссарионовича, да и не надо его воскрешать. Это невозможно. Но помнить о том, что человек сделал, конечно надо. Китайцы идут по правильному пути. Кстати, кто присутствовал на XX съезде Дэн Сяопин, который решил, что страна пойдёт по-другому. И Мао у них лежит в запретном городе Мавзолее. Вот так надо делать, потому что история страны у нас одна. От Владимира, и по сегодняшние дни. Кстати, Владимир Владимирович четвёртый. Об этом нужно говорить. Об этом я и говорю, а не о том, что давайте устроим репрессии. Конечно, нет. это невозможно. Другое время. Страна на другом этапе развития. Я просто говорил о том, что нужно быть не Иваном, не помнящим родства. Откуда было дикое количество коммуналок при советской власти? Потому что миллионы крестьян пошли в город. Для чего? Бомжевать? Нет. они пошли работать на заводы. Была возможность у этой страны расселить их в двухкомнатные квартиры? Нет, но если бы они туда не пришли, нас с вами бы не было. Больше всего меня возмущает у либералов приравнивание Сталина к Гитлеру. Я тут спросил у либерала, который разговаривал со мной в «Свободе»: «Простите, Вы не еврей?» – «Да, еврей». А где бы Вы были, если бы не Сталин? Вас бы не было. Это разница между Гитлером и Сталиным.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Давайте поговорим ещё о других исторических фигурах. В ЛДПР сегодня предложили Госдуме принять заявление с осуждением Ельцина и Горбачёва. Как отреагируют коммунисты?

В. БОРТКО: Здесь мы просто обнялись с Владимиром Вольфовичем Жириновским и пошли вместе подавать заявление.

А. МИТНОВИЦКАЯ: То есть Вы к этому тоже причастны?

В. БОРТКО: Обнялись бы вместе. Я полностью поддерживаю это. Когда идет война, и главнокомандующий потерял треть собственной земли и половину народа, ему что, надо памятник ставить?

А. МИТНОВИЦКАЯ: Ясно, что нет.

В. БОРТКО: А ведь это произошло.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Только можно памятник не ставить, а можно развенчать всё на свете и предать всё осуждению. Вот в чём вопрос.

В. БОРТКО: Человека, который увеличил территорию страны, который сделал её мощнее, с которой остальной мир стал разговаривать уважительно, господин Черчилль и господин Рузвельт. Давайте помнить про это. А этим воздадим по заслугам.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Вы как отреагировали, когда услышали о решении президента вывести войска из Сирии?

В. БОРТКО: Я сильно задумался. Начал чесать репу, как говорится. Что же это такое было. Потом начал думать, откуда всё взялось. Считать нужно не от Сирии, а гораздо раньше. А, кстати, от Горбачёва и Ельцина. От того, что НАТО никогда не будет придвигаться к нашим границам. Придвигается? Да. Есть у нас основания не доверять нашим западным друзьям? Наполеона мы помним? Гитлера мы помним? Да мы ещё и шведов помним. Всё время сюда. Они хорошие в принципе, но основания не доверять есть. А теперь мы видим, как откалывается Украина, и как 36-й флот приближается к Севастополю. Есть две вещи. Первое – чрезвычайная военная опасность. И второе – моральная. Около Севастополя стоит 36-й американский флот. Могли мы его забрать? Нет, но мы это сделали. Платить за это надо? 100%. Платим.

Дальше. Тартусс – единственная оставшаяся наша база в Средиземноморье. Что-то нужно с ней делать? Я думаю, что надо плясать отсюда. Другое дело, ввод туда войск и всё остальное – я не президент, я не знаю всего, что он знает. И мозги, наверное, не те. Ввёл – наверное, так было нужно. Демонстрируя свой флаг, мы – серьёзные ребята.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но мы доказали, что мы серьёзные за это время? За 5,5 месяцев.

В. БОРТКО: Да. Но другое дело – выводить сейчас. Наверное, кишка немного тонка, не знаю. Но я играю в шахматы. И продемонстрировать угрозу иногда стоит. Мне трудно говорить об этом сейчас правильно.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но я правильно Вас поняла, что, наверное, сейчас пока не надо было уходить?

В. БОРТКО: Я не знаю. Я хотел бы посмотреть, чем это кончится. Про Крым я полностью согласен. Здесь дальше мне трудно судить. Для этого надо иметь 4 разведки. 8–17 помощников, и всё остальное. Но сейчас мы посмотрим, что будет дальше. Не могу сказать, самому интересно.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Слушатель спрашивает: «Жириновский тут предлагал возродить КГБ. Вы за, раз Вы так его поддерживаете?»

В. БОРТКО: Я его не поддерживаю. Он антисталинист, а я сталинист. Тут мы с ним на ножах. Более того, нас вызывали «К барьеру», и я выиграл 70/30. А вот что касается Ельцина и Горбачёва, тут мы вместе. Бывает по-разному.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Я даже Жириновским была удивлена, когда он прямо заявил, что КГБ не в его стиле. А Вы наоборот должны были сказать – это то, что нам нужно.

В. БОРТКО: Что касается КГБ, я думаю, то, что существует сейчас – правильно. Такой монстр, как КГБ, где и суд, и расправа в одном лице – нет, думаю, что не стоит.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Примем звонок.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Ваш гость упомянул, что Сталин оставил нам империю – от Адриатического до Охотского моря. Не кажется ли Вам, что ошибка и упущение СССР в том, что он не интегрируется как Европа на сегодняшний день с теми странами, которые она имела в составе СССР?

В. БОРТКО: Кишка была тонка. Это искусство возможного. Понятно, что мы после войны стали в тысячу раз мощнее, чем до. Но интегрировать себя с людьми, которые не очень этого хотели и не очень понимали, что это такое… Я думаю, что Иосиф Виссарионович трезво оценивал ситуацию, и этого не сделал. И правильно. Более того, Вы знаете, что предлагали не делать ГДР и ФРГ, а оставить Германию единой? Это мы, а они предлагали её разделить. Так что был трезвый взгляд на исторические события.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Спасибо, Владимир Владимирович. Владимир Бортко, зампред комитета Госдумы по культуре и режиссёр. С Вами – 92% слушателей.

В. БОРТКО: Я счастлив. Спасибо.