Фото РСН

С. АНДРЕЕВСКАЯ: В студии Сергей Митрохин, председатель московского регионального отделения партии «Яблоко». Здравствуйте.

С. МИТРОХИН: Здравствуйте.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Зюганов встречался с Теффтом. Для чего российские политики ходят на встречу с американским послом?

С. МИТРОХИН: Политик должен встречаться со всеми, потому что он должен решать какие-то проблемы в интересах тех, кто его поддерживает, в интересах своей страны. Если вы не будете как политик встречаться с представителями других государств, значит, целый пласт проблем будет для вас недоступен. Вы не будете понимать до конца, что происходит, и не будете ни на что влиять.

Поэтому я ничего страшного во встрече Зюганова с Теффтом не вижу. Это абсолютно нормальная политическая, дипломатическая деятельность, которая необходима. И сегодня особенно необходима, потому что у нас накопилось огромное количество мифов, стереотипов, уток о США. Они создаются и СМИ, и при помощи разных технологий.

Для того, чтобы выстроить диалог, свободный от всего этого информационного мусора, необходимо встречаться лично. Я сам не раз встречался и с президентом США, и с моим другом Майклом Макфолом. Меня тогда ещё обвиняли в том, что я пошёл в американское посольство получать инструкции. Да не получать их я ходил, а давать.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Они Вас послушали?

С. МИТРОХИН: Когда я был депутатом Мосгордумы, ко мне приходил Макфол и советовался со мной. Он тогда был уже известным в Америке специалистом по России. Он спрашивал у меня советов, что должны делать США, как они должны выстраивать свою политику. И я давал инструкции.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Какие советы? На практике это реализовано?

С. МИТРОХИН: К сожалению, нет. Когда мы встречались с Обамой, я предложил ему переориентировать политику в области стратегической оборонной инициативы так, чтобы создать совместную российско-американскую систему противоракетной обороны, которая была бы настроена на защиту от так называемых государств-изгоев, маргинальных государств, например, Северной Кореи, от террористических угроз.

С Обамой я разговаривал именно об этом. Я предлагал ему не размещать эту систему ПРО в Восточной Европе. Это вызывало тогда определённую напряжённость в России среди военных, политиков. И можно было бы снять эту напряжённость, заявив, что у нас общие цели, что мы противодействуем международному терроризму, для этого объединяя свои усилия. Не послушали.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Ну а Геннадий Андреевич зачем туда пошёл? Человек, который говорит, что Америка — зло. Он что, прозрел? Хочет увидеть их позицию?

С. МИТРОХИН: Если Геннадий Андреевич прозрел, я буду очень рад. Я буду рад, если Геннадий Андреевич, выйдя завтра на трибуну Госдумы, не будет клеймить Америку, как это делали в своё время Хрущёв, Брежнев.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А если всё-таки будет опять клеймить?

С. МИТРОХИН: Эта риторика в отношении других стран совершенно неприлична и агрессивна. Она иногда основана на каких-то вымыслах, домыслах, стереотипах. И если при этом он ходит к послу США, значит, у него двойные стандарты. Ты либо черпаешь из этих контактов реальную информацию и обсуждаешь её с депутатами, с избирателями, либо ты там на языке дипломатии говоришь одно, а у себя внутри страны — другое, стремясь повысить свою популярность. Вот это называется популизм. Тогда это можно будет только осудить. Но я всё-таки надеюсь, что Геннадий Андреевич прозрел.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Посмотрим. Сергей Сергеевич, тот факт, что Зюганов сходил к Теффту — это небольшой нонсенс. Из «Единой России» никто никогда не ходил. Или я ошибаюсь?

С. МИТРОХИН: Ну и плохо, что не ходили. Кстати, раньше ходили. Я видел множество представителей «Единой России» в посольстве США, а потом наступил период, когда им запретили. Они же люди подневольные. Партийное руководство приказало, значит нельзя ходить. Кстати, когда я ходил к МакФолу, там был представитель компартии, я забыл его фамилию. Но я повторяю: то, что у нас устраивают из этого какую-то вакханалию и травлю, свидетельствует о нецивилизованности.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Просто когда человек говорит, что Америка — зло, а потом идёт к послу — это одно...

С. МИТРОХИН: Вот это Вы правильно подметили. Это действительно двойные стандарты, с этим нельзя соглашаться.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Но Зюганов же нам прокомментировал свою встречу, сказал, что ни перед кем оправдываться не будет. Он сказал, что речь шла о предстоящих осенью выборах в Госдуму. Что можно обсуждать с американским послом в плане выборов?

С. МИТРОХИН: Здесь у нас, наверное, разные линии с Геннадием Андреевичем. Когда я ходил на встречу с президентом США, с министрами, с конгрессменами, с послами, я всё-таки обсуждал позиции своей партии «Яблоко» по международным вопросам, по вопросам российско-американских отношений. Я уже привёл пример противоракетной обороны. А обсуждать проблемы своей страны мне кажется неправильным. Жаловаться, что у нас происходит нарушение прав человека —  бессмысленно, потому что там и так всё знают про нашу страну.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Мало того, что знают, так ещё и придумают много чего.

С. МИТРОХИН: То, что придумывают — это спорный вопрос, но эти проблемы мы сами должны решать. Иностранцы нам в этом не помогут. У меня очень большой политический опыт в этом отношении. Апелляция к иностранцам с целью повлиять на ситуацию внутри нашей страны  абсолютно бессмысленна.

Иностранцы, как правило, не реагируют на это всё. Им на это вообще наплевать, и они правы, потому что мы сами должны менять ситуацию в своей стране — добиваться демократии, прав и свобод человека. Извне это привнести невозможно. И с опорой на внешние силы это тоже невозможно сделать, потому что тогда вас обоснованно будут обвинять в том, что вы пятая колонна, и так далее. А мы, партия «Яблоко», — патриоты, мы любим Россию, мы настроены на диалог с мировым сообществом.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А другие партии у нас не настроены на диалоги?

С. МИТРОХИН: Не всегда настроены. Мы против популистской риторики, против того, чтобы повышать свои  политические очки за счёт разжигания ксенофобии, агрессии к другим странам. Но мы при этом исходим из того, что только мы, граждане России, сможем решить проблемы своей страны. И в этом смысле нам другие страны не могут быть ни указом, ни подспорьем, ни опорой. Это принципиальный вопрос.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А когда Явлинский говорит, что русские — это нация рабов, на что он рассчитывает?

С. МИТРОХИН: Он такого не говорил.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Хотите, покажу? «Бесполезно и вредно метаться между надеждой на революцию и безнадёжной констатацией, что русские — нация рабов». Это его цитата.

С. МИТРОХИН: Нет, это уже передёргиванием называется. Он сказал, что у кого-то есть такая позиция о том, что русские — нация рабов. Это он не своё мнение высказывает, он говорит, что есть две такие точки зрения, одинаково неприемлемые. И между ними мечутся какие-то отдельные представители русской интеллигенции. Это не его слова, не надо ему это приписывать.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: То есть это ему приписывают?

С. МИТРОХИН: Вы внимательно прочтите то, что он сказал. Он цитирует другую позицию, которую не разделяет. Никогда Григорий Явлинский не заявлял, что русские — нация рабов.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Нашим слушателям напоминаю о том, что Григорий Явлинский идёт на президентские выборы в 2018 году. Так решил съезд партии «Яблоко». Сейчас мы проверим, сколько наших слушателей поддерживают его в этом. Запускаем голосование.

А зачем Явлинский заявился в кандидаты в президенты?

С. МИТРОХИН: Он не сам заявился. Его заявил съезд партии «Яблоко». Мы сейчас наблюдаем, что происходит рост популярности. Радиостанции «Эхо Москвы»,  «Коммерсантъ FM» проводили опрос, раньше таких показателей не было и у «Яблока», и у Григория Явлинского. Среди аудитории этих радиостанций явно произошёл рост.

Поэтому мне кажется, что есть понимание у части российского общества о том, что в стране нужно что-то менять. Нужно менять политический курс, экономическую политику, а здесь Григорий Явлинский особенно силён, потому что он единственный среди всех российских политиков сегодня профессиональный экономист. Это очень важно для будущего президента России.

У нас в экономике сегодня такая тяжелейшая ситуация, не видно никакого просвета. У нас настолько тотальная зависимость от цен на нефть и газ, что действительно здесь нужен очень сильный профессиональный экономист, не просто как советник или даже министр, а именно как первое лицо государства.

Первое лицо государство должно взять на себя ответственность за вывод страны из экономического тупика. Других таких нет. Григорий Явлинский досконально знает все ошибки, которые были допущены в начале наших реформ в 90-е годы. Он был оппонентом этих реформ, самым крупным их критиком, но не таким популистским, как коммунисты.

Они выступают с позиции того, что в России должна быть плановая экономика, а Явлинский считает, что должна быть рыночная экономика, современное цивилизованное государство. И с этих позиций он критиковал реформы Гайдара и Чубайса, критиковал приватизацию, которая с его подачи стала называться криминальной.

Он знает все эти подводные камни, которые стоят на пути реформ в России, он их изучил наощупь, он их оппонировал. Явлинский сейчас очень важен, потому что Россия сейчас, как сапёр на минном поле — не имеет права ошибиться. Потому что иначе наступит конец. Если будет допущена ещё одна ошибка при реформировании экономики и государства в сторону его продвижения на демократический путь развития, эта ошибка станет последней для нашей страны, больше шанса не будет.

Поэтому сегодня очень важно избрать профессионального экономиста. Кроме того, человека с высокими моральными качествами, с безупречной репутацией. Человека, который не приемлет популизм, это одна из сильных сторон Явлинского.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Явлинский тоже ходит на встречи с послами разных стран?

С. МИТРОХИН: Да, и послы к нему приходят на встречи. В этом нет ничего страшного. Кстати, международная политика сегодня — один из ключевых вопросов. Нужно выстраивать её таким образом, чтобы России хуже не было. А сегодня она выстраивается так, чтобы нам было хуже, мы назло самим себе затягиваем на себе пояса. Что от этого будет — непонятно.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А Вы согласны с мнением о том, что оппозиция сейчас слабая в России?

С. МИТРОХИН: Согласен.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Получается, Явлинский — единственный более-менее узнаваемый кандидат, его помнят, к нему хорошее отношение. Он просто единственный из политиков, кто может хотя бы претендовать на этот пост?

С. МИТРОХИН: Да, это одна из причин, по которой съезд «Яблока» принял такое решение. Почему у нас слабая оппозиция? Потому что нет таких консолидирующих точек мобилизации. А какие точки мобилизации могут быть? Конкретные личности, вокруг которых может происходить мобилизация. Если будет фигура, вокруг которой начнутся интеграционные объединительные процессы, то и оппозиция тем самым усилится.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А есть сейчас в оппозиции конкурент Явлинского?

С. МИТРОХИН: Я не вижу в оппозиционном поле такого конкурента.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Почему Вы считаете возможным сотрудничество с таким человеком, как Михаил Касьянов? Человеком, работающим на власть?

С. МИТРОХИН: В настоящее время у нас идут переговоры со всеми демократическими силами нашей страны и отдельными политиками, такими как Владимир Рыжков, Дмитрий Гудков. Они были на нашем съезде в качестве гостей.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Планируется сотрудничество с ними?

С. МИТРОХИН: Да. Мы планируем с ними сотрудничать, в частности, по выдвижению их по одномандатным округам. Что касается «ПАРНАС», мы ведём переговоры, потому что оппозиция слаба, а слабость — это разрозненность. Если «ПАРНАС» выдвинет свой список, «Яблоко» — свой, понятно, что голоса оппозиции, демократического электората будут разорваны, а мы хотим сделать всё, чтобы этого не произошло.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А вы же отказались от сотрудничества с «ПАРНАС»?

С. МИТРОХИН: Мы говорим сейчас об объединении сил накануне выборов. Наша цель — чтобы у демократических сил был единый список. Это очень сложная задача, но мы её намереваемся решить. У нас был прецедент такого сотрудничества — московские выборы 2005 года, когда нам удалось создать такой список правых сил, и результат был неплохим — больше 11% мы получили.

Это не означает, что «Яблоко» слилось в экстазе с СПС. Ничего подобного. Мы сохранили свои принципы, свои основы. Но мы обеспечили присутствие фракции «Яблоко» в Мосгордуме, которое принесло очень большую пользу москвичам. В частности, мы остановили тогда множество точечных застроек. В социальной политике решили целый ряд проблем.

Это политика, в ней нужно делать такие ходы, чтобы консолидировать, объединять вокруг себя других, но при этом сохранять свои позиции, свою политическую программу. И здесь партия «Яблоко» застрахована от того, чтобы взять себе какие-то чуждые взгляды, идеи, принципы, пойти на широкий неограниченный компромисс.

У нас есть такие политические документы, как Демократический манифест или Меморандум политической альтернативы, принятый по моей инициативе в позапрошлом году. Поэтому то, что мы сотрудничаем с политиками демократического фланга, не означает, что мы отказываемся от своих политических взглядов. Наоборот, мы этих людей стремимся убедить, что они в чём-то были неправы. Или какие-то позиции уже доказали свою нежизнеспособность.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Так что, нам ждать широкую демократическую коалицию?

С. МИТРОХИН: «Яблоко» сейчас над этим вопросом работает. У нас создана специальная переговорная группа, её возглавил Лев Маркович Шлосберг, я тоже в неё вхожу. Мы сейчас ведём широкие переговоры. Да, есть такая цель — широкая коалиция демократических сил, единый список демократических сил на выборах на тех основах, которые важны для партии «Яблоко» и других демократов.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: 24% слушателей за Григория Явлинского.

С. МИТРОХИН: Неплохо. По-моему, хороший результат. Ещё два года до выборов всё-таки.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Коалиция нужна оппозиции для того, чтобы пройти в Госдуму. Вы рассчитываете на то, чтобы стать конкурентом партии власти?

С. МИТРОХИН: В думе для начала должен появиться оппонент партии власти. Там сейчас его нет, сейчас там сидит четырёхголовая гидра под названием «партия власти». Она разделилась на несколько фракций, но по всем остальным вопросам она полностью едина. В этом смысле эти остальные три фракции — тоже «Единая Россия», потому что они с ней занимают общие ключевые позиции, и там сейчас оппонировать некому.

Мы реалистично смотрим на ситуацию. Мы должны для начала создать фракцию, которая бы оппонировала бы власти по ключевым вопросам. А для этого нужно объединяться с другими политическими силами. Некоторые политические силы не сумели оформиться в качестве партий, есть яркие политики, которые не входят в партии.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Кто готов к вам примкнуть?

С. МИТРОХИН: Владимир Рыжков, Дмитрий Гудков, с остальными идут переговоры.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Это с кем?

С. МИТРОХИН: С «ПАРНАС», с Партией 5 декабря, ещё не зарегистрированной, «Партией прогресса».

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Если «ПАРНАС», то кто в списках будет?

С. МИТРОХИН: Очень важно сейчас не сорвать процесс переговоров. Если я вам сейчас назову фамилии, а потом выяснится, что эти люди ещё раздумывают...

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А Вы будете в списке?

С. МИТРОХИН: Да, и возможно, пойду по одномандатному округу в Москве. Это переговорный процесс. Наша задача объединить всех, чтобы выдвинуть единый список и создать оппозиционную фракцию.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: А способен Явлинский объединить оппозиционное движение в России?

С. МИТРОХИН: Если речь идёт о демократической оппозиции, то да. Сегодня в этой части нашего политического спектра другой консолидирующей фигуры нет. Поэтому это, мне кажется, самый верный вариант. Явлинский способен объединить оппозицию.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Как Вы относитесь к присоединению Крыма к России?

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Я дополню. Это раз по поводу того, что Слабунова сказала, что «мы Крым не отдадим, будем решать проблему другим путём». Потом всё это опровергли. На сайте партии «Яблоко» написано, что нет, это незаконно, это аннексия. Отдаём всё-таки Крым или нет?

С. МИТРОХИН: Давайте начнём с понятий. Есть понятия «аннексия» и «присоединение». Присоединение — это процесс, который увенчался признанием того, что к определённой стороне отошла определённая территория. Международное сообщество должно это признать.

Или, например, специфический вариант присоединения — Восточная Германия и Западная Германия. ГДР была присоединена к ФРГ, потому что под документом, признающим это объединение, подписались все ведущие участники Второй мировой войны.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Мне кажется, это неправильный пример сейчас.

С. МИТРОХИН: Я не о примерах говорю, а о том, чем присоединение отличается от аннексии. Так вот, это признало международное сообщество в лице победителей Второй мировой войны — России, США, Великобритании, Франции. Это было присоединением. А вот аннексия — это когда вы де-факто присоединили территорию, но де-юре её не признаёт никто, или признаёт незначительная часть государств. Сегодня, по-моему, только 13 государств мира из 140 признали эту ситуацию с Крымом. Поэтому в данном случае мы рассуждаем строго юридически: это не присоединение, а аннексия.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Вопрос в другом. Что вы предлагаете? Вы приходите к власти и отдаёте Крым обратно?

С. МИТРОХИН: Нет, мы понимаем, что просто прийти и отдать Крым — это начало новой войны. Так не делается. Это человеческие жизни, и такими примитивными способами решать проблему нельзя. Это значит уподобиться тем, кто очень примитивно взял и отхватил Крым от Украины. Это всегда источник очень больших проблем.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Референдум для вас не имеет значения?

С. МИТРОХИН: Под влиянием СМИ большое количество людей в нашей стране считает, что это был референдум. Каждый референдум проводится по определённым правилам. Есть международно признанные правила их проведения, особенно в таких чувствительных случаях.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Всё не так сделали?

С. МИТРОХИН: Не были выполнены условия, предусмотренные Уставом ООН и другими документами. Были нарушены те договоры, которые Россия заключала с Украиной, по которым Украина согласилась стать безъядерной державой. Когда-то Гитлер вероломно напал на Советский Союз...

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Аналогии у Вас сегодня, конечно...

С. МИТРОХИН: Был же заключён Пакт Молотова-Риббентропа между СССР и Германией. Сталин исходил из того, что есть пакт, и Германия не должна нападать. А она напала, она поступила вероломно. Но чем по сути отличается ситуация, когда мы с Украиной заключили целый ряд договоров? И по поводу безъядерного статуса Украины, и по поводу Черноморского флота. Договоры были жёстко основаны на принципе государственной целостности Украины в границах. И тут мы говорим, что мы провели референдум. Он проводился при массированном присутствии наших вооружённых сил, это уже доказано.

Мы предлагаем провести серию переговоров и с Украиной, и с другими государствами, которые влияют на ситуацию — ЕС, США. Нужно комплексно решать проблемы, существующие между Россией и Украиной. Это и ситуация на Востоке, и выполнение минских соглашений, и множество других вопросов, в ходе которых, конечно, Украина должна что-то получить. Например, гарантии стабильности, и так далее.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Как будто этих гарантий у них сейчас нет. Что делать будет Григорий Явлинский с Крымом?

С. МИТРОХИН: Мы предлагаем, чтобы был сформирован пакет договорённостей, и частью этого пакета должно стать согласие Украины и других государств на проведение международно признанного референдума по всем правилам — с участием наблюдателей, с правом агитировать за и против. Все формальности должны быть соблюдены.

И после этого должен быть проведён референдум, тогда это будет по правилам. Должна быть ситуация, напоминающая присоединение ГДР к ФРГ. Наша граница станет легитимной, мир признает присутствие Крыма в составе России. Мы понимаем, что даже при соблюдении этих правил граждане проголосуют, скорее всего, за присоединение, но это будет уже легально. Это позиция партии «Яблоко».

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Вы бы так возмущались, когда Югославию дербанили. Вы забываете о том, что послужило толчком к ситуации с Крымом.

С. МИТРОХИН: Ну, не Югославия же.

СЛУШАТЕЛЬ: Переворот в государстве. Здесь я понимаю политику. А с такой политикой, как у вас, вы не победите в выборах.

С. МИТРОХИН: По поводу Югославии. Партия «Яблоко» выступала против решений, которые принимались тогда европейскими странами по поводу признания независимости Косово, его отделения от Сербии. Мы считали, что это неправильно, эта позиция шла вразрез с международным правом.

Так почему же сегодня, когда российская власть делает то же самое, мы должны это одобрять? Мы тогда осуждали такую практику, когда без согласия страны от неё отсоединяют территорию. А сейчас мы должны с этим согласиться? Мы же люди серьёзные, последовательные, у которых в голове есть логика и рациональность.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Кто может составить конкуренцию «Яблоку» и, возможно, коалиции на выборах в Госдуму? Ведь и «Правое дело» сейчас новое, с новым лидером. Как Вы вообще оцениваете Титова?

С. МИТРОХИН: Главный конкурент — это, конечно, партия власти. Не только «Единая Россия», но и КПРФ. А «Правое дело» мы не считаем конкурентами, потому что это, в принципе, тоже партия власти. Они не присутствуют в Госдуме, это — партия, которая была создана искусственно, они это не отрицают.

Титов недавно говорил о том, что они тесно сотрудничают с администрацией президента. Эта партия существует благодаря не поддержке избирателя, а благодаря поддержке Кремля. Все это прекрасно знают. Мы считаем, что присутствие этой партии в Госдуме ничего нового не прибавит к её нынешнему составу. Может быть, будет больше внимания у нескольких депутатов этой фракции к проблеме предпринимательства.

Но мы понимаем, что сегодня проблему предпринимательства невозможно решить без решения крупных политических проблем в нашем государстве. Например, без создания независимого суда, без системы разделения властей, без реально работающей демократии. Если вы без всего этого хотите помочь предпринимателям, вы ничего для них не измените. Я хочу в качестве примера привести последнюю ситуацию, которая сложилась в Москве. Партия «Яблоко», например, очень быстро выступила против очередного погрома малого бизнеса, который произошёл в Москве.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Вы про снос?

С. МИТРОХИН: Да, когда всё это происходило без решения судов с объектами, которые были абсолютно законными.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: У Вас есть данные о том, что это происходило без решения судов?

С. МИТРОХИН: Да, конечно. Всё снесли без решения суда.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Но всего 2-3 объекта из 100 сказали, что пойдут в суд, остальные молчат.

С. МИТРОХИН: Потому что боятся. 104 предприятия малого бизнеса даже создали профсоюз.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Директору «Пирамиды» даже пообещали компенсацию выплатить, лишь бы хоть кто-то заявил. Но все молчат.

С. МИТРОХИН: Это избирательный подход. Они не молчат, предприниматели провели акцию на Тверской.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Вы будете помогать этим людям?

С. МИТРОХИН: Наша позиция заключается в том, что самострой — это плохо, и его быть не должно. Но в данном случае это не самострой. Это объекты, которые были возведены законно, есть даже решения судов, которые подтверждают законность этих построек. Мы что-то не слышали никаких возмущений от Титова. Мы отслеживали информацию.

Он ничего внятно и чётко не заявлял. Партия «Яблоко», например, сказала, что это бандитизм, грубейшее нарушение прав собственности. Мы участвовали в акции, которую предприниматели организовали возле департамента торговли. Мы потребовали у Путина отстранить от должности Собянина за грубейшее нарушение Конституции.

Песков нам ответил, что в этом вопросе надо разобраться и услышать позицию мэра Москвы. А Титов ничего такого не сделал. Тогда зачем эта фракция будет присутствовать в Госдуме, если на столь острые проблемы малого бизнеса она не реагирует? У неё есть разрешённые темы для выступлений, и есть темы запретные. Вот Москва им запрещает выступать на такие темы. А нам никто ничего запретить не может.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Сменили руководство ЦИК. Оппозицию это радует?

С. МИТРОХИН: Я считаю, что позитивные изменения произошли, но вряд ли они будут судьбоносными. Я сомневаюсь в том, что выборы после этих кадровых изменений станут честными.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Кого Вы видите на месте Чурова?

С. МИТРОХИН: Сейчас выдвигают Памфилову. Я ничего против неё не имею. Но дело не в фигурах, которые сидят в ЦИК, дело в той системе фальсификации результатов выборов, которая выстроена за последние 15-20 лет. Это система избирательных комиссий, которая формируется из представителей от власти, и роль партий, особенно оппозиционных, ничтожна в их формировании.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: Почему от персоналий это не зависит? Вот Набиуллина пришла, и такие чистки начались в банковском секторе.

С. МИТРОХИН: Посмотрим. Сейчас будут происходить некоторые муниципальные выборы, посмотрим, как они будут реагировать на такие обращения, как у нас были по Жуковскому в прошлом году. Тогда процент «Яблока» в этом городе снизили с 50 до 15. По протоколам наблюдателей у нас было 50%.

С. АНДРЕЕВСКАЯ: По итогам программы с Вами 20% слушателей. Спасибо. В студии был Сергей Митрохин, председатель московского регионального отделения партии «Яблоко». Удачи на выборах!

С. МИТРОХИН: Спасибо.