Фото РСН

С. КОРОЛЁВ: У микрофона Сергей Королёв, всем доброго вечера. Здесь Герман Клименко, советник президента Российской Федерации. Одиозный советник?

Г. КЛИМЕНКО: Да, как журнал «Деньги» написал. Пришёл милый интервьюер, полтора часа со мной беседовал.

С. КОРОЛЁВ: Мы на прошлой неделе касались этой темы.

Г. КЛИМЕНКО: Я могу честно сказать: я в свой выходной беседовал с милым мальчиком в красных лабутенах, давайте постебёмся, красных ботинках, заикающийся, почему бы не помочь молодёжи. Полтора часа сыпал бисер, объяснял, рассказывал. Они звонили по всем моим друзьям, партнёрам, а потом читаю заголовок – «Как из приличного бизнесмена превратиться в одиозного чиновника», от интервью ничего нет, согласованы три-пять коротких цитат по две строчки. Может, я что-то забыл, в журналистике, как науке, должно быть что-то святое. Есть жёлтая пресса, гадкие издания, не будем никого называть, передёрнули, не было бы обидно, но когда это делает «Коммерсант», а они потом начали оправдываться, что это не они, а «Деньги». То, что на домене «Коммерсанта» висит, за это и отвечают. Начал читать про одиозного и чуть не расплакался.

С. КОРОЛЁВ: Посмотрите за пределы Вашей ленты, там тоже есть эпитет, Вы сами написали – лизоблюдская лента.

Г. КЛИМЕНКО: Это другая история. Девушка из газеты «Коммерсант», молодая, юная, горячая бросилась на защиту этого бедного юноши, как будто он сам ответить за себя не может. В России это самая серьёзная проблема: мальчик нагадил, а девочка защищает.

С. КОРОЛЁВ: Это тыл. Жена – это всегда тыл.

Г. КЛИМЕНКО: Она не жена.

С. КОРОЛЁВ: Это основной инстинкт.

Г. КЛИМЕНКО: А он сидит в этот момент трубку курит, пиво пьёт?

С. КОРОЛЁВ: Плачет в углу, предполагаю, исходя из Вашего описания.

Г. КЛИМЕНКО: Есть стильное культурное заикание, интеллигентное. Юноша со скрипочкой. Когда он рассказывал, я старался донести до него, что не собираюсь закрывать Facebook.

С. КОРОЛЁВ: Но Вы же собираетесь обложить данью Google.

Г. КЛИМЕНКО: А это сегодняшняя новость. У нас существует большая проблема, чисто аборигенская, потому что к нам приехали великие цивилизованные люди, и мы золото меняем на бусы. У нас есть бизнесмены, они выходят и говорят о том, что мы золото меняем на бусы. Им отвечают, что это хорошо, потому что люди, которые ходят в котелках с тросточкой, знают, что на самом деле золото надо менять на бусы. Между собой они не меняются, а наше предназначение – служиn господам. Есть хороший термин – компрадорская буржуазия, просто она существует. У нас в России сложилась удивительная история: Google судится с Yahoo!, Apple.

С. КОРОЛЁВ: «Яндекс» судится с Google.

Г. КЛИМЕНКО: «Яндекс» один раз набрались мужества, второй раз повторить боятся. У меня есть умнейшая собака, интеллигентная овчарка с грустными глазами, и когда я пытаюсь запихнуть руку, чтобы она укусила, смотрит: хозяин, ты что с ума сошёл, может рыкнуть случайно. «Яндекс» обратился в ФАС, и, видя, как они себя ведут, я вообще не понимаю, как такое могло произойти. Они это сделали, может, немного выпили или укололись чем-то расширяющим сознанием, пошли в ФАС, а сейчас боятся даже продолжения. Есть компания Mail.ru, у неё есть игры, вы там покупаете виртуальный меч или танк за 100 рублей. Mail.ru 100 рублей получил, с них он должен заплатить налог на добавленную стоимость – 18 рублей отдать государству. У Mail.ru таких денег за квартал набирается условно 2 или 3 миллиарда рублей.

Теперь вы заходите в AppStore или Google Play, где Mail.ru продавал бы ту же игру оттуда, он получил бы ровно 100 рублей без налогов.

С. КОРОЛЁВ: А он не отдаёт процент?

Г. КЛИМЕНКО: Это другая история, это проблема Google. Я уверен, есть позиция, где для популярных игр Google делает всё бесплатно. Мы не считаем чужие деньги, просто говорим о том, что там нет налога, поэтому выгоднее зайти с той стороны, вперёд за отечество. Mail.ru продаёт наши игры через тот же Google и AppStore, только как российская компания он платит со своей выручки НДС. А если бы он переобулся на лету, стал бы гонконской компанией, офшором. Из реальных историей, не про Mail.ru: чтобы получить 18% делается всё то же самое, только продаёте как гонконгская компания, и у вас сразу вырастает выручка.

С. КОРОЛЁВ: Что же Вы предлагаете?

Г. КЛИМЕНКО: Не я, а индустрия. Я медиатор, я за всё отвечаю, я согласен, уже смирился, и церковь я разрушил. Когда дойдём до новостей: плитка скользкая – это я.

С. КОРОЛЁВ: Погода ещё испортилась.

Г. КЛИМЕНКО: Совесть поимейте, хоть это оставьте кому-нибудь.

С. КОРОЛЁВ: Божья воля.

Г. КЛИМЕНКО: Я простой советник.

С. КОРОЛЁВ: Небесная канцелярия.

Г. КЛИМЕНКО: Меня там нет. Наши компании в неравных условиях, это первое – 18% сразу нет. Второе неравное условие: Alibaba, дальше можно ничего не говорить.

С. КОРОЛЁВ: eBay?

Г. КЛИМЕНКО: eBay не так. У меня есть знакомые ребята, которые производят детские игрушки, крашеные деревянные кубики. Год они согласовывали это с Минобразования, чтобы детский магазин принял товар, и Минздравом. Всю ту же схему они отправили в Китай, где им произвели эти игрушки, и они с Alibaba, как с китайской компании, продают сюда за 1000 рублей, а не за 3000. Вопрос: кто-нибудь занимается сертификацией этих историй? А если возврат и претензия? Понятно, что это всё будет стоить дешевле. Мы либо говорим, что надо всех разогнать вместе с Минобразования и Минздравом, были масса историй про крашеные шубки, которые красили кожу детей, вредную пластмассу, либо как только они начнут следить за продажами, цена такая же останется. Наши производители, наши торговцы, негодяи, жиртресты, а давайте создадим равные условия. Вопрос идёт о налогообложении Alibaba, таможенной пошлины.

С. КОРОЛЁВ: А кто будет брать деньги? Государство?

Г. КЛИМЕНКО: Конечно.

С. КОРОЛЁВ: Сколько?

Г. КЛИМЕНКО: Есть разные схемы. Первая – снижение беспошлинного порога.

С. КОРОЛЁВ: Как это победит Google?

Г. КЛИМЕНКО: Google – это другая история.

С. КОРОЛЁВ: Вы мне говорили про Google и Alibaba.

Г. КЛИМЕНКО: Мы про НДС говорили.

С. КОРОЛЁВ: Мы говорили про Google: облагать НДС покупки в Google Play.

Г. КЛИМЕНКО: Это игры, первая часть.

С. КОРОЛЁВ: Там приложения ещё, музыка.

Г. КЛИМЕНКО: Хорошо, это первая часть.

С. КОРОЛЁВ: Всё будет дороже на 18%?

Г. КЛИМЕНКО: С чего дороже-то? Есть Mail.ru, которая продаёт за 100 рублей, есть американский офшор, который продаёт тоже за 100 рублей. Он не платит НДС, а должен заплатить, ценник останется тоже самое.

С. КОРОЛЁВ: Чтобы прибыль была больше, он сделает дороже.

Г. КЛИМЕНКО: Вы отрицаете конкуренцию?

С. КОРОЛЁВ: Отрицаю.

Г. КЛИМЕНКО: Вам положено, я понимаю. Вы ещё скажите, что государство у нас не демократическое, и нет конкуренции.

С. КОРОЛЁВ: Я правильно понимаю, что введение дополнительного налога на Google не повысит цену?

Г. КЛИМЕНКО: Это называется НДС по месту продажи. Во всей Европе он уже есть, и везде игры стоят свои 5–6 долларов, ничего не изменилось.

С. КОРОЛЁВ: У нас дешевле.

Г. КЛИМЕНКО: Ввели и всё осталось, как есть. Не передёргивайте историю, пожалуйста.

С. КОРОЛЁВ: Платить-то кто будет?

Г. КЛИМЕНКО: Разная схема, но я думаю, что Google в случае Google Play, Apple в случае AppStore, а Microsoft – когда дело касается Windows.

С. КОРОЛЁВ: «У нас в стране, уважаемый гость, – пишет слушатель, – выравнивание неравных условий путём налогов, сборов ведёт к повышению цен на отечественный продукт без повышения его качества. Нет ни одного примера, который подтвердит обратное».

Г. КЛИМЕНКО: Молоко «Рузское» – пожалуйста.

С. КОРОЛЁВ: Подешевело?

Г. КЛИМЕНКО: Оно вкусное, хорошее. Вы не хотите, чтобы не было бедных или чтобы не было богатых?

С. КОРОЛЁВ: Вы популист.

Г. КЛИМЕНКО: Это Вы популист. Если хотите, чтобы не было бедных, когда что-то дорожает, парадоксально, но это хорошо.

С. КОРОЛЁВ: Я за справедливость.

Г. КЛИМЕНКО: Было бы здорово, если бы передо мной был Проханов, и Вы инфицировались от него.

С. КОРОЛЁВ: А у меня уже хроническая инфекция справедливости.

Г. КЛИМЕНКО: Может быть, справедливо, но мы требуем от других дешевле, значит и от нас справедливо этого требовать, значит, и у нас надо убирать норму прибыли, а на что мы будем кормить наших деток? А детки кушать хотят.

С. КОРОЛЁВ: Вы не исключаете, что цены вырастут?

Г. КЛИМЕНКО: Даже если вырастут, ничего страшного, есть спрос – есть предложение.

С. КОРОЛЁВ: Когда могут ввести налог?

Г. КЛИМЕНКО: Никто не знает. Я чувствую, что кто-то заказал, потому что Вы передёргиваете рассказ. Моя задача посадить за один стол переговоров зарубежных разработчиков и наших, чтобы они говорили. До сегодняшнего дня принимались решения так: кто-то придумывал, выходил, делаем то и то, как хлопок одной ладонью. Я предлагаю похлопать, чтобы выслушать все стороны.

С. КОРОЛЁВ: Google как на это отреагировал?

Г. КЛИМЕНКО: Откуда я знаю?

С. КОРОЛЁВ: Вы ещё не выходили к ним?

Г. КЛИМЕНКО: Google отвечает просто: это ваши законы, вы их примите, мы будем исполнять, но пока вы их не приняли, мы будем сопротивляться до конца. У вас есть халява, вы её просто так отдадите? Нет, конечно.

С. КОРОЛЁВ: Налог с продаж по месту платежа, НДС, под который подпадают Apple, Google, Windows и все подобные иностранные сервисы, которые здесь торгуют интеллектуальной собственностью.

Г. КЛИМЕНКО: Вы перечисляете, к расстрелу хочется встать к стенке.

С. КОРОЛЁВ: Я суммирую. И Вы, как советник президента, что организуете?

Г. КЛИМЕНКО: Я посажу за стол переговоров все стороны.

С. КОРОЛЁВ: О чём разговаривать, если уже есть схема, её надо принять.

Г. КЛИМЕНКО: Чтобы она была публично озвучена, чтобы было понятно, кто за, кто против. Если все будут против, зачем мы будем в это лезть? Надо понимать цифры. Из-за миллиона рублей в месяц, наверное, нет смысла городить.

С. КОРОЛЁВ: У Вас есть цифры?

Г. КЛИМЕНКО: Я и хочу их услышать, нам никто не рассказывает.

С. КОРОЛЁВ: Миллиардами ворочают.

Г. КЛИМЕНКО: Да что Вы говорите? Когда свои миллиардами ворочают – они плохие, а когда чужие? Я хочу, чтобы мы проговорили цифры. Смешно, если ото всей этой истории бюджет получит миллион рублей – да бог с ней. А если 60 миллиардов рублей или 100 – а это 4% к пенсиям, на всякий случай. Вы купите игрушку не за 1 доллар, а за 1 доллар 18 центов – вам не жалко, а у пенсионеров пенсия подросла. Вы почему не любите наших пенсионеров?

С. КОРОЛЁВ: Вы только что переложили на мои плечи и на плечи слушателей. С миру по нитке – бедному рубашка.

Г. КЛИМЕНКО: Надо помогать пенсионерам, Вы против?

С. КОРОЛЁВ: А валютным ипотечникам?

Г. КЛИМЕНКО: Очень сложный вопрос, он у меня стоит в цикле.

С. КОРОЛЁВ: Я так и не понял. Ваша личная позиция какая?

Г. КЛИМЕНКО: У меня её нет.

С. КОРОЛЁВ: Не может быть.

Г. КЛИМЕНКО: Как бы не решился вопрос – это вопрос государства, точно также как с трансграничной торговлей: всё равно, как государство решит, главное, чтобы это было понятно и чётко сформулировано, правила игры должны быть известны.

С. КОРОЛЁВ: Будет с вами советоваться президент, что Вы ему скажете?

Г. КЛИМЕНКО: По текущему состоянию настроения рынка, без подтверждения каких-то цифр, что Google и Apple абсолютный мизер и их нет смысла регулировать, я скажу, что надо добавить НДС, пусть добавляют. Никаких рисков это за собой не несёт.

С. КОРОЛЁВ: Это окончательный вердикт?

Г. КЛИМЕНКО: Я хочу всех выслушать. Вы вводите слушателей в заблуждение. Я не обладаю правом что-то сделать, наказать. Чтобы советовать, нужно иметь чёткую экспертизу, я хочу услышать, сколько денег Google зарабатывает на территории России, добавить 18% и посмотреть, интересна цифра или нет. Когда мы её узнаем, только тогда сможем сделать выводы. Как частное лицо я считаю, что должно быть однозначное равноправие без вопросов.

Если Mail.ru сотрудничает с правоохранительными органами, это уже третья часть, то и они должны тоже сотрудничать.

С. КОРОЛЁВ: Путин поручил Вам проверить безопасность интернета – это ещё одна сегодняшняя новость, а также повысить качество оказания госуслуг в электронном виде. Что тут можно сделать?

Г. КЛИМЕНКО: Лично проверять буду, как думаете? Это серьёзная тема. С безопасностью – это Наталья Касперская, у неё были предложения к президенту, она сделала прекрасную карту кибератак. Где-то автомобильная авария, в Москве ежедневно 100 аварий, в стране – 300, которые приводят к смертельным случаям. В интернете каждый день, каждую секунду происходят тысячи хакерских атак, которые взламывают наши кошельки, личные данные, воруют информацию о наших семьях, переписку, потом нас шантажируют. В прошлый раз я был не готов ответить про карточки с опцией PayPass, с которых воруют деньги по воздуху – такие проблемы существуют.

По поводу оказания госуслуг – вы штрафы платите за автомобиль?

С. КОРОЛЁВ: У меня нет штрафов.

Г. КЛИМЕНКО: А вдруг они есть, а Вы об этом не знаете.

С. КОРОЛЁВ: Я проверяю.

Г. КЛИМЕНКО: Вы поехали в Тулу, а оттуда не дошли штрафы, 500 рублей превратились в 3500 рублей. Мы не заметили, что спокойно покупаем авиабилеты в интернете, платим штрафы, заказываем справочки, обмен паспортов, записываемся в очередь к врачам.

С. КОРОЛЁВ: Безопасность интернета – потребительская история.

Г. КЛИМЕНКО: Не только, это бизнес-история, государственная история. Там же находится история с доступом к компьютерам. На рабочем столе у меня стоит компьютер без выхода в интернет, с внутренней сетью. Я понимаю риски, есть защищённая связь, нужно об этом заботиться. Понятно, что в современном мире безопасность становится очень критичной историей. Вы спрашиваете так, что я чувствую себя виновным в чём-то.

С. КОРОЛЁВ: Да что ж Вы жалуетесь?

Г. КЛИМЕНКО: Я слезу у слушателей вышибаю.

С. КОРОЛЁВ: Давайте проголосуете: вы за Германа Клименко или против? Если бы Герман Клименко сегодня был в бюллетени от «Единой России» в Госдуме, вы бы проголосовали за него или нет?

Г. КЛИМЕНКО: Знакомое зло – это лучше, чем незнакомое добро, не ищите добра от добра – голосуйте за.

С. КОРОЛЁВ: «Герман, Вы готовы съесть свой галстук, если у Вас слова разойдутся с делом через год?» – спрашивает слушатель. Галстука нет.

Г. КЛИМЕНКО: Попытка съесть галстук – признак шизофрении. Я не ем галстуки, я ем мясо.

С. КОРОЛЁВ: «Герман Клименко, Вы умница, желаю Вам удачи», – пишет другой слушатель.

Г. КЛИМЕНКО: Спасибо большое, хорошие люди.

С. КОРОЛЁВ: «Без Германа Клименко понедельник не понедельник», – такое ещё сообщение. Вы добились, чего хотели. Год-то предвыборный, вы говорили, что за партию Титова, если такая будет, а если нет, то есть какие-то политические силы?

Г. КЛИМЕНКО: Если вдруг будут выборы, я буду искать деловую партию, про бизнес. Я абсолютно социально апатичен, я мизантроп, в чём меня обвиняют. В лифтах писают свои, извините, даже в приличных домах, у меня задача, чтобы в моём подъезде, где живут мои дети, не писали в лифте. Мне хочется, чтобы мне государство разрешило выходить с соседом и на законных основаниях выгонять бомжей, а сейчас мы не можем притронуться, надо вызвать полицию, которая не идёт. До того, как я стал советником, я чуть-чуть нарушал закон, мы его просто выкидывали. Мне бы хотелось, чтобы всё было так.

С. КОРОЛЁВ: «Герман, не ходите в партии, научат плохому».

Г. КЛИМЕНКО: Да куда уж мне?

С. КОРОЛЁВ: «С Вашим назначением появилась вера, что не только во внешней политике в нашей стране к управлению придут компетентные люди. Спасибо и успехов, интернета у меня нет».

Г. КЛИМЕНКО: Сергей, Вы вроде сказали всё хорошо, но у Вас нет родственников, которые на «Эхо Москвы» работают в «Новой газете», у Вас явно есть что-то либеральное, Вы меня так подначиваете, мне грустно становится. Я прихожу и каждый раз страдаю, мучаюсь, потому что Вы явно притравливаете на меня слушателей, которые меня любят.

С. КОРОЛЁВ: Ещё Сократ сказал, что истина рождается в спорах.

Г. КЛИМЕНКО: Но не в огульных обвинениях и передёргиваниях. Мне кажется очень важным начать разговаривать друг с другом нормальным русским языком.

С. КОРОЛЁВ: 44% за Вас, 56% против.

Г. КЛИМЕНКО: Я считаю, что это победа. При Вашем давлении 44% нашли мужество проголосовать за, спасибо вам большое.

С. КОРОЛЁВ: Давайте перейдём к рейтингу. Мы теперь не ранжируем по неделе.

Г. КЛИМЕНКО: Можно зайти на недельный, посмотреть.

С. КОРОЛЁВ: Искусство нищеты – как я жила месяц на 12 тысяч рублей.

Г. КЛИМЕНКО: Это отражение сегодняшнего дня: людей беспокоит будущее, курс 74–78 болтается, заходил на 80. Если мой партнёр Тимофей Мартынов напишет статью, почему нужно продавать или покупать доллар, он тоже разойдётся и попадёт в топы, это спекулятивность на горячей тематике. Ничего удивительного, что новость стала первой, это отражение текущей ситуации: экономика пришла в нашу жизнь.

С. КОРОЛЁВ: Я помню, был эксперимент, один из депутатов в Ленинградской области жил на прожиточный минимум, а это ещё меньше, 6 с чем-то тысяч.

Г. КЛИМЕНКО: Я разговаривал с программистом, который работал в оппозиционной истории, правда, курс был другим, его устраивало 30 тысяч рублей в месяц. Сама проблема любопытная, поэтому её дёргают.

С. КОРОЛЁВ: «Транспортной системе дали название «Платон», а новому фаерволлу России дадут название «Герман», – пишет слушатель.

Г. КЛИМЕНКО: Пусть будет так. Меня всё время спрашивают, будет ли у нас китайский интернет. Очевидно, что его быть не может, так как страну населяют русские, а не китайцы.

С. КОРОЛЁВ: «Чтобы создать что-то новое, они очередные налоги вводят, на большее мозгов не хватает», – пишут.

Г. КЛИМЕНКО: Поруководите, попробуйте заплатить зарплату людям, потом поймёте, как всё это выглядит.

С. КОРОЛЁВ: Давайте по новостям пойдём.

Г. КЛИМЕНКО: Я выписывал резонансные темы. Валютные ипотечники, перекрытие Тверской. У меня несколько человек во френдах на Facebook оказались валютными испотечниками. Дискуссия наших граждан между собой, помогать им или нет, иллюстрирует старую притчу: господь спустился с небес и сказал, что даст человеку, что он захочет, но соседу даст в два раза больше. Человек ответил: выколи мне глаз. Мы заботимся о Google, допустим, он бедный и несчастный, на нас зарабатывает, заботимся об Alibaba, но когда речь идёт о собственных гражданах, ведём себя по-другому, а их порядка 30 тысяч, я ни к чему не призываю, просто говорю о дискуссии. Сколько Центральный банк вбухал денег в банковскую систему разорившихся вкладчиков? Мы прощаем долги зарубежным странам, но никто не просит простить долги валютным ипотечникам: их просят остановиться на каком-то курсе. Государство могло забрать у банков обязательства, но государство ничего не захотело сделать.

С. КОРОЛЁВ: Есть частный банк «Дельта Кредит», который пошёл на встречу, согласился на 65 рублей пересчитать. При курсе в 77–80 рублей это неплохое предложение.

Г. КЛИМЕНКО: Не сильно помогает.

С. КОРОЛЁВ: Для семей с детьми 57 рублей они курс предложили. Это вкладчики с критикой восприняли: ещё понижайте, давайте 35, давайте 5.

Г. КЛИМЕНКО: Мы в рублях тянули под 12–15% годовых, а вы, негодяи, в долларах под 8%, курс стоял, это серьёзно менялось в бюджете. К вопросу: помоги ближнему своему. Если у нас страна православная, мы должны быть снисходительны. Банки, которые грохались, мы тоже там помогаем. Давайте хоть раз попробуем подумать, я не говорю, что надо помочь, у меня есть своё мнение, но меня возмущает именно жёсткая оценка, надо думать и разговаривать. Мы помогаем чужим банкам, которые профукивают, воруют наши деньги, кому угодно, кроме конкретных живых людей, мне кажется это отвратительным.

С. КОРОЛЁВ: Денис спрашивает: «А что скажете про жителей Крыма, которые платят кредиты Украине по курсу 36,6 рублей? Они правее, что ли, чем ипотечники?»

Г. КЛИМЕНКО: Проблематика примерно такого же свойства. Начиналась она у нас, к сожалению, было жёсткое финансовое обучение, но когда разорялся банк, кредит платить было некому. Через год к ним приходили и говорили, что долги никуда не делись. Я уверен, что надо всегда отдавать свои долги, не пользоваться обстоятельством. Что бы ни происходило, приди – отдай. Обязательства и крымских, и наших, и любых других вкладчиков – это святое, их надо просто выполнять.

С. КОРОЛЁВ: Ещё одно голосование проведём: валютным ипотечникам надо помочь или нет?

Г. КЛИМЕНКО: Помочь – не списать долги.

С. КОРОЛЁВ: Чтобы курс был не 77, а 50.

Г. КЛИМЕНКО: Государство могло бы срезать проценты на год, например.

С. КОРОЛЁВ: Это тоже деньги, прощаем часть долга.

Г. КЛИМЕНКО: Государство могло бы изменить нормативы для банков – это тоже сложная история.

С. КОРОЛЁВ: В конечном счёте речь идёт о том, чтобы уменьшить финансовое бремя. Надо помочь или сами виноваты, сами подписывали договор и считали, риски были, пусть отвечают сами, продают квартиру, покупают что-то более дешёвое?

Г. КЛИМЕНКО: Почти у каждого слушателя, если он в машине, висит крестик наверху. Я не верующий человек, но точно знаю, что к снисхождению нужно быть готовым. Вы, Сергей, очевидно, не готовы.

С. КОРОЛЁВ: Я позиции выражаю.

Г. КЛИМЕНКО: Вы диктуете: голосуйте против, это слышно по голосу.

С. КОРОЛЁВ: Помогайте валютным ипотечникам, каждый мог оказаться в такой ситуации.

Г. КЛИМЕНКО: У Вас нет искренности в голосе.

С. КОРОЛЁВ: Сегодня была новость, что мы очередному государство простили долг.

Г. КЛИМЕНКО: 175 миллионов долларов.

С. КОРОЛЁВ: Так почему не помочь валютным ипотечникам? Да вообще всем с детьми надо квартиры дать, у государства есть средства, вынь да раздай.

Г. КЛИМЕНКО: Вы передёргиваете под голосование.

С. КОРОЛЁВ: Я шучу.

Г. КЛИМЕНКО: А слушатели не понимают этих шуток.

С. КОРОЛЁВ: Я считаю, что нужно помочь, если Вы меня спросите.

Г. КЛИМЕНКО: Вот уже хорошо, я уверен, сейчас развернётся голосование. Давайте поможем людям, которые нам ничего плохого не делали.

С. КОРОЛЁВ: Подключим слушателей к беседе. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Роман. Непростой вопрос по поводу валютных ипотечников, в своё время тоже брали ипотеку, банк настойчиво предлагал сниженные проценты в валюте, не взяли, потому что доходы были в рублях. А что делать с валютными вкладчиками?

Г. КЛИМЕНКО: Банки возвращают валютные вклады, потому что нормативы летят. У нас в стране надо запрещать валютную ипотеку и валютные вклады, живёшь в стране, где рубли.

С. КОРОЛЁВ: А что делать с валютой?

Г. КЛИМЕНКО: Вернуть.

С. КОРОЛЁВ: Хождение валюты вообще или вклады запретить?

Г. КЛИМЕНКО: Вклады, например.

С. КОРОЛЁВ: Так же, как и валютную ипотеку.

Г. КЛИМЕНКО: Когда банк берёт валютный вклад, ему надо куда-то девать валюту. Валютные риски настолько высоки в современном мире, что нужно привыкать жить на свои деньги. С ипотекой всё однозначно, с валютными вкладами – не готов дать ответ. Я банкир с 20-летним стажем, но я пока думаю. Ипотека – это частная история, пострадали частные лица. У финансистов больше опыт, он всегда может убедить и обосновать, не все грамотные люди. Когда юридическая фирма берёт валютный кредит и стоит дом, может быть, валютные вклады имеют смысл, но ипотека точно должна быть в валюте запрещена, как мне кажется.

С. КОРОЛЁВ: 40% наших слушателей считают, что валютным ипотечникам надо помочь, 60% считают, что сами виноваты.

Г. КЛИМЕНКО: Мне очень жалко. Спрашивали мнение людей – это когда обвиняют в лайках, и даже лайковой солидарности нет.

С. КОРОЛЁВ: мы должны были спросить: вы готовы прийти и помочь?

Г. КЛИМЕНКО: Нет, у людей никто ничего не просил, а они всё равно говорят, что не будем помогать.

У нас ещё одна важная новость была, она не вышла в топ: по стране грипп несётся. Он несётся, как я сегодня утром ехал в больничку утром. Мне сказали, что там карантин, я проехал пять аптек, нигде нет марлевых повязочек. Приехал в больницу, меня не пустили, я не использовал свою должность, поддавливал, даже пробовал незаконные истории в виде бутылочки, но не пустили. Мне вспоминается Черномырдин: пришла беда – небывалый урожай. У нас что, гриппов не бывает в городе? Когда объявляются карантины, и в аптеках нет повязок, выглядит это диковато. Я еду на рабочее место, проезжаю аптеки, забегает масса людей, спрашивают – и нет.

С. КОРОЛЁВ: А зачем повязка?

Г. КЛИМЕНКО: Когда карантин в больнице, нельзя заходить без повязки.

С. КОРОЛЁВ: Это очень странно: повязку должен носить тот, кто болен.

Г. КЛИМЕНКО: Когда все начинают так лихо говорить, я человек военный: висит объявление, что в больнице карантин и пускают только с повязкой, история не обсуждается. Я про другое говорю, Вы опять уходите от вопроса. Грипп ходит в школах, препаратов нет. Чудесная история, меня просят достать, у меня есть медицинский сайтик, но их нет, всё смели. Эта история будоражит все социальные сети, пишутся истории, как поступать.

С. КОРОЛЁВ: Как поступать-то?

Г. КЛИМЕНКО: Иметь своего хорошего врача. Ещё у нас скользкая плитка. Когда вы исследовали в Московском зоопарке, могут ли совокупляться пингвины и морские котики, вы провели хорошую профессиональную работу, но с плиткой вы погнались за жареными фактами, повели себя, как ваши соседи из LifeNews, не проверив. У меня во дворе плитка положена 15 лет назад.

С. КОРОЛЁВ: Она тоже скользкая?

Г. КЛИМЕНКО: Да. При чём тут Собянин?

С. КОРОЛЁВ: Собянин клал много плитки.

Г. КЛИМЕНКО: И что?

С. КОРОЛЁВ: Значит, много скользких участков появилось в Москве.

Г. КЛИМЕНКО: Мы могли бы сейчас спросить: виноват ли Собянин в том, что плитка скользкая? Все ответят: конечно да, потому что вы подготовили аудиторию. Но на самом деле плитка скользкая, потому что аномальные погодные условия сложились. Это всё равно, что обвинить Собянина в ледяном дожде, когда все деревья сломались.

С. КОРОЛЁВ: Вы защищаете Собянина.

Г. КЛИМЕНКО: Меня обвиняют в массе преступлений, сейчас особенно. Я узнал очень много интересного о себе за это время. Я не защищаю Собянина, я читаю тему и понимаю, как вы нашим обычным слушателям формируете извилину: Собянин виноват.

С. КОРОЛЁВ: Я расскажу, как всё было. В утреннем эфире к нам начали поступать сообщения и звонки о том, что по городу не пройти, скользкие улицы. У нас корреспондент готовила репортаж на прошлой неделе о том, как хорошо работают реагенты, ей доложили в департаменте ЖКХ и благоустройства, как правильно их посыпают. Она пошла, разбиралась в этой теме, и уже написав репортаж, по сути, рапорт департамента, поскользнулась здесь, на Савёловской, на лестнице, которая ведёт в метро. Там были посыпаны реагенты, но так, что стало ещё хуже. Сейчас Маша Чеботарёва со сложным переломом лежит в больнице, ей втыкают спицы, она обездвижена, будет ходить с костылями полгода.

Г. КЛИМЕНКО: И виноват Собянин опять.

С. КОРОЛЁВ: Была масса сообщений в эфир, которые мы суммировали, мы просто решили узнать, какую плитку кладут. Мы позвонили специалистам, связались с департаментом ЖКХ и благоустройства, позвали в эфир Бирюкова, вице-мэра.

Г. КЛИМЕНКО: Вам не кажется, что Вы сейчас оправдываетесь?

С. КОРОЛЁВ: Нет, я рассказываю, как всё было. Официальные лица никаких комментариев не давали, давали их депутаты, у которых тоже возникли вопросы, Общественная палата – кто угодно, кроме мэрии Москвы.

Г. КЛИМЕНКО: У нас на этой неделе была ещё одна любопытная история. Однажды я серфил по сети, кажется, до нового года, и вдруг нарвался на новый клип Тимати «Лада Седан баклажан». Он начал набирать миллионы просмотров. Я посмотрел, ужаснулся. Где же наш культурный код? Через неделю попал в караоке-бар, где взрослые дяди-бизнесмены пели эту песню. На этой неделе были страсти по новой песне господина Шнура «Экспонат», они бурно прошлись по интернету, ролик набрал 25 миллионов, потом их показали по «Первому каналу», они заменили слова: «На лабутенах, ах, и в хороших штанах». Всю неделю шла дискуссия между снобами. Появились люди, которым это понравилось из приличной тусовки, и стало интересно выяснить: чем отличается «Экспонат» от «Лада Седан»?

С. КОРОЛЁВ: Вам понравилось?

Г. КЛИМЕНКО: Мне да. Всё, что делает Шнур, я считаю великолепным. Мне нравится, что он каждый раз показывает класс: меняет вступающих, певиц – и каждый раз попадает в пятёрочку. Тут вопрос юмора, он специфический.

С. КОРОЛЁВ: Так какой вывод-то? Вы сравнили и к чему пришли?

Г. КЛИМЕНКО: Я просто про новости рассказываю. На вкус и цвет товарища нет: кому-то нравятся блондинки, кому-то брюнетки, кому-то высокие. Моей возрастной группе «Экспонат» нравится больше, чем «Лада Седан».

Другая тема – захоронение Ленина.

С. КОРОЛЁВ: Мне кажется, она перетекла из одной недели в другую. Началось всё с высказывания президента.

Г. КЛИМЕНКО: Да. И пошла дискуссия. Я бы давно похоронил. Конечно, у меня есть партбилет, он хранится у мамы, она его не отдаёт, мечтает продать. Тема хорошо прошла.

Из финансовых историй были любопытные. В топах была новость о том, что впервые с 2006 года была зафиксирована цена однокомнатной квартиры ниже 100 тысяч долларов. С одной стороны, хорошо, с другой – у людей стало меньше денег. Это к разговору о том, что дешевле покупать и продавать на Alibaba. Вот оно подешевело.

С. КОРОЛЁВ: Доходы упали.

Г. КЛИМЕНКО: Естественно, надо стремиться к доходам, а не к тому, чтобы ваш сосед зарабатывал меньше. Становитесь богатыми, и будет вам счастье.

Чудесно прозвучала идея Минфина докапитализировать банки вкладами.

С. КОРОЛЁВ: На 100 миллионов – это большие вклады.

Г. КЛИМЕНКО: За 20 лет исторического опыта у меня накопилась масса френдов, которые знают, что я имею отношение к банковской истории. Например, Минфин говорит: я позабочусь о малом бизнесе и оптимизирую налоги. Бизнесмены берут лопаточку и закапываются, потому что когда федеральная госслужба говорит, что она позаботиться о бизнесе, надо спрятаться и убежать.

С. КОРОЛЁВ: Это та же история?

Г. КЛИМЕНКО: Логика в этом есть. Есть зарубежный опыт, что крупные вкладчики должны отвечать вместе с крупными юриками. По большому счёту их вклады замораживаются, переводятся в капитал. Это не значит, что вклады изымаются. Но какая паника пошла! Мне кажется, что где-то копались друзья Германа Грефа, потому что всё, что уходит из банков, немедленно несётся в «Сбербанк». Банковская система в кризисе, банки закрываются один за одним, все стремятся закрыть отделения, открыть интернет, и вдруг мы открываем «Почта банк». «ВТБ» делали «Лето банк», видимо, не получился, переупаковываем и открываем 20 тысяч отделений. Потрясающе?

С. КОРОЛЁВ: Это банковский пир во время чумы? Вы так об этом рассказываете.

Г. КЛИМЕНКО: Это не пир во время чумы, это история долгих запусков. Когда мы вступали в ВТО 19 лет, о «Почта банке» говорили 15 лет назад, и тогда он был актуален, как и ВТО. Мне кажется, что это невозможность остановиться вовремя и сказать: извините, мы ошиблись. А сейчас будет что-то создаваться, конкурировать, защищать территорию – на одном месте будет два банка.

С. КОРОЛЁВ: Время непростое, оно наш враг, как известно. Я хочу пожелать Вам здоровья в эти непростые времена.

Г. КЛИМЕНКО: Я хотел сказать про Амура и Тимура, но не буду.

С. КОРОЛЁВ: А что про них?

Г. КЛИМЕНКО: Это сериал. Люди кликают – ужас какой.

С. КОРОЛЁВ: До встречи через неделю.