И. КОРОТЧЕНКО: Здравствуйте, наш гость сегодня – начальник Управления медико-психологической реабилитации и санаторно-курортного обеспечения Министерства обороны России Дмитрий Вячеславович Тришкин. Дмитрий Вячеславович, здравствуйте.

Д. ТРИШКИН: Добрый день.

И. КОРОТЧЕНКО: Поговорим сегодня о том, как военнослужащие и члены их семей имеют возможность поправить своё здоровье, отдохнуть. Какова система санаторно-курортного лечения Минобороны России вообще, и в чём её предназначение?

Д. ТРИШКИН: Уважаемый Игорь Юрьевич, уважаемые коллеги, на сегодняшний день Министерство обороны имеет самую большую и самую развитую сеть здравниц, которые расположены на всей территории Российской Федерации, начиная с Дальнего Востока, Петропавловска-Камчатского, заканчивая Калининградом и югом нашей России, Северным Кавказом и Сочи. На сегодняшний день данная сеть насчитывает 20 тысяч мест. И ежегодно в наших здравницах получают лечение порядка 200 тысяч человек.

И. КОРОТЧЕНКО: В каких конкретно регионах есть военные санатории, как они классифицируются? Я помню из советских времён, что у нас было много санаториев в Сочи. Как можно попасть, сколько дней отдыхают?

Д. ТРИШКИН: 50 здравниц, которые сегодня работают в Министерстве обороны, сгруппированы в 8 санаторно-курортных комплексов – это юридические лица. А сами санатории являются филиалами данных юридических лиц. Все эти 8 санаторно-курортных комплексов расположены на Дальнем Востоке. В Центре нашей России – это центральный военный округ, Приволжский федеральный округ. Это юг России – санаторно-курортный комплекс Сочинский, Анапский, Северо-Кавказский, Западный и Крымский, который появился у нас ровно полтора года назад. Эти юридические лица отвечают за деятельность всех наших подведомственных здравниц, которые расположены в этих территориях.

Министром обороны год назад было принято решение о том, что часть данных здравниц будет передана в оперативное подчинение командующих округами. И мы понимаем, что сегодня, по прошествии уже практически полугода, это было сделано абсолютно правильно. Раньше все здравницы были подчинены нашему центральному аппарату. Сейчас в распоряжении командующих округами такие здравницы появились. И прежде всего, они необходимы для того, чтобы оказывать необходимую медицинскую помощь, медико-психологическую реабилитацию тому контингенту, который сегодня проходит службу в рядах вооружённых сил.

И. КОРОТЧЕНКО: В чём главное отличие военного санатория от гражданского?

Д. ТРИШКИН: Я думаю, что военный санаторий, как и любой другой, является медицинской организацией, в которой проводится санаторно-курортное лечение и медицинская реабилитация граждан с использованием природных лечебных факторов. Но основным отличием военного санатория является проведение медико-психологической реабилитации военнослужащих в целях профилактики наступления боевого стресса и реактивных изменений психической деятельности. То есть, восстановление боеспособности и укрепление здоровья после выполнения военнослужащими специальных задач. При этом в военных санаториях при назначении методов лечения всегда учитывается ряд особенностей – это особые условия, место прохождения военной службы. Мы понимаем, что служба проходит и в северных районах нашей страны.

И. КОРОТЧЕНКО: Зачем министерству обороны нужны свои санатории? Не проще ли ежегодно выплачивать всем контингентам, проходящим службу в Минобороны, дополнительные деньги на отдых, чем содержать столько здравниц?

Д. ТРИШКИН: В военных санаториях реализуются не только мероприятия по медико-психологической реабилитации военнослужащих, как я уже говорил ранее, но необходимо учитывать и особенности контингента, который приезжает в наши санатории. Это наши военнослужащие, которые перенесли боевую травму, имеют последствия ранений, чрезмерные психические нагрузки. Поэтому лечение требует особого подхода и высококвалифицированных медицинских кадров в военных здравницах. Отмечу, что значительное число врачей в наших санаториях в прошлом – это военные медики, и не понаслышке знают методики лечения данных категорий больных. Кроме того, не секрет, что в особый период времени на базе наших здравниц возможно в кратчайший период времени развернуть полноценные госпитали для легкораненых. Дай бог, конечно, чтобы этого не наступило, но тем не менее. Всё равно мы должны предусматривать такой период.

И. КОРОТЧЕНКО: А военный санаторий специализирован под те или иные виды вооружённых сил? Или просто весь контингент поступает и уже там проходит какую-то реабилитацию?

Д. ТРИШКИН: Каждый из 50 санаториев Министерства обороны, безусловно, имеет свою специализацию. Закрепления здравниц по родам и видам войск сегодня не существует. Сегодня есть показания для санаторно-курортного лечения, которые определяет лечащий врач любого человека. Либо это военный госпиталь, и это лечащий врач данного пациента. Если это поликлиника – то лечащий врач поликлиники. Он знает весь анамнез заболеваний данного пациента, знает его основной диагноз. И поэтому направление на санаторно-курортное лечение выписывается с учётом профилизации любого санатория. И эта профилизация у нас определена действующими нормативно-правовыми актами.

И. КОРОТЧЕНКО: Насколько востребовано санаторно-курортное лечение военнослужащих и военных пенсионеров? Каков общий подход Министерства обороны к формированию контингента людей, которые могут воспользоваться этими услугами? Есть ли возможность для гражданских лиц, для членов семей военнослужащих попасть туда? Какова финансовая сторона вопроса?

Д. ТРИШКИН: Как я уже сказал раньше в своём выступлении, мы уже можем подвести предварительные итоги 2015 года. В этом году лечение в наших здравницах получили порядка 200 тысяч человек. Из них 150 тысяч – это льготный контингент министерства обороны. Это наши уважаемые пенсионеры, члены семей пенсионеров. И около 10,5 тысяч – это действующие военнослужащие и члены их семей. Всё остальное – около 40 тысяч – это гражданский персонал. Это коммерческая деятельность, то есть люди, которые не имеют никакого отношения к Министерству обороны.

Если говорить данные за предыдущие 5 лет, то динамика количества лиц, прошедших лечение в наших здравницах, увеличилась со 168 тысяч до 200, несмотря на то, что в 2012 году была отменена льгота на санаторно-курортное лечение для военнослужащих. Теперь по закону этой льготой имеют право воспользоваться только пенсионеры Министерства обороны и члены их семей. Несмотря на это, мы имеем динамику спроса и на санаторно-курортное лечение, и фактического числа лиц, которое это лечение получили. Эта динамика в среднем из года в год увеличивается процентов на 15-20.

И сегодня на 2016 год мы имеем возможность пролечить в здравницах Минобороны около 250 тысяч человек. Уже по прошествии первого месяца, когда мы начали принимать заявления на лечения, было порядка 70 тысяч уведомлений было выдано гражданам и льготному контингенту, и действующим военнослужащим на лечение в 2016 году.

И. КОРОТЧЕНКО: А каков порядок действий военнослужащего или военного пенсионера для того, чтобы получить путёвку?

Д. ТРИШКИН: Порядок действий достаточно прост. Сегодня мы постарались максимально облегчить возможность любому человеку подать заявление на санаторно-курортное лечение. На сайте министерства обороны mil.ru есть раздел «Социальная сфера», где есть перечень санаторно-курортных организаций с контактными телефонами отделов реализации, есть возможность в электронном виде прямо на сайте оформить заявление, прикрепить туда справку от врача установленного образца форма 070У и отправить через сайт Министерства обороны к нам в Главное медицинское военное управление.

Можно также напрямую обратиться в сам санаторий. На сайте Министерства обороны также размещена информация о телефонах приёмных отделов реализации. Можно отправить туда документы по факсу или в электронном виде. А потом уже по приезде в сам санаторий предоставить подлинники документов.

И. КОРОТЧЕНКО: Какова ценовая политика?

Д. ТРИШКИН: Очень важный вопрос. Потому что если брать данные 2011 года, когда стоимость на санаторно-курортное лечение в среднем составляла 6000 рублей, денежное довольствие действующего военнослужащего составляло 19000 рублей. То есть, пропорция была 30% от денежного содержания, и была возможность полечиться в наших здравницах.

За последние три года мы постарались не увеличивать цену на санаторно-курортное лечение. Начиная с 2012 года, средняя цена на санаторно-курортное лечение составляла 26 тысяч рублей. Но при этом мы понимаем, что денежное довольствие военнослужащего также было увеличено, и оно составляло порядка 50-55 тысяч.

И. КОРОТЧЕНКО: Я помню раньше, по временам Советского Союза, что всегда были санатории, куда попасть было чрезвычайно трудно. Прежде всего, это здравницы на побережье Чёрного моря, так называемые элитные санатории. И были санатории в округах, куда всегда был недобор. Сейчас ситуация каким-то образом меняется? Насколько уровень сегодняшних санаториев соответствует современным требованиям? Люди ездят по миру, видят, как всё меняется. Насколько мы соответствуем этим изменениям в мировом тренде?

Д. ТРИШКИН: Я думаю, что совершенству нет предела. И понятно, что за последние годы здравницы Министерства обороны претерпели серьёзные изменения в плане приведения их в материально-техническое состояние в более комфортных условиях. На наш взгляд, средства, которые сегодня необходимо вкладывать в наши здравницы, большие. Существует план развития военной медицины до 2020 года. И понятно, что в рамках этого плана мы ежегодно выполняем определённый объём работ, проводим ремонты, строительство наших объектов. Могу сказать, что в следующем году мы планируем открыть порядка 5 новых корпусов в наших здравницах – это санаторий «Сочи».

И. КОРОТЧЕНКО: Санаторий имени Ворошилова?

Д. ТРИШКИН: Нет, в санатории имени Ворошилова сейчас полным ходом идёт реконструкция. И по плану через год, к лету 2017 года, мы должны ввести этот объект в эксплуатацию. Как Вы знаете, наверное, это был один из лучших санаториев Министерства обороны. Полгода назад было принято решение о полной его реконструкции. Сейчас над этим работают подрядные организации, работы идут полным ходом.

Санаторий «Аврора» будет открыт в следующем году – мы надеемся, до 1 июня. Санаторий «Чемитоквадже», тоже находящийся в Сочи. Санаторий «Золотой берег» в Анапе – новый корпус на 250 мест. Сейчас в нём заканчиваются все работы, он оснащается необходимой техникой и мебелью.

Наконец-то в следующем году мы ожидаем открытие нового корпуса санатория «Архангельское», который практически 20 лет был заморожен, и стройка была приостановлена. И полтора года назад мы эту стройку реанимировали, и к летнему году 2016 года этот корпус на 100 с лишним мест также будет введён в эксплуатацию. Он будет оснащён не только хорошей мебелью и предметами интерьера, но и там будет установлено самое современное медицинское оборудование. И я хочу сказать, что большой отличительной особенностью наших здравниц является то, что мы движемся в ногу с медицинским прогрессом и понимаем, что медицинская составляющая в наших здравницах должна иметь первостепенное значение. Поэтому только за последние полтора года из средств федерального бюджета было выделено порядка полумиллиарда рублей для того, чтобы оснастить наши здравницы всем необходимым оборудованием. Это новое оборудование микропроцессорных технологий, управляемых технологий. То есть это не то, что применялось ещё 10-15 лет назад. Сейчас медицина ушла достаточно далеко, и применяются не только природные факторы, но и технологии.

И. КОРОТЧЕНКО: Есть ли профильные военные здравницы, ориентированные на конкретные виды заболеваний, характерные для военнослужащих, либо с учётом специфики военной службы?

Д. ТРИШКИН: Да, безусловно. Мы имеем огромный опыт лечения пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями в санаториях Подмосковья. Сегодня большое количество высокотехнологичных оперативных вмешательств проводится в наших центральных госпиталях – это госпиталь Вишневского, Бурденко, Мандрыка. Поэтому естественно, что долечивание таких пациентов, проведение им третьего этапа медицинской реабилитации необходимо проводить в современных здравницах. И таким является санаторий «Архангельское», где уже на протяжении последних 30 лет проводится специализированное восстановительное лечение пациентов с заболеваниями сердечно-сосудистой системы.

Санатории Северного Кавказа – это в основном лечение заболеваний желудочно-кишечного тракта, опорно-двигательного аппарата. Новые здравницы в Крыму, которые у нас начали работать уже полтора года назад, имеют в своём арсенале такой известный санаторий, как Сакский военный санаторий. На сегодняшний день это один из лучших санаториев не только в Министерстве обороны, но и в Российской Федерации. В прошлом году он был признан лучшим санаторием Российской Федерации. Это самый современный реабилитационный центр, который оснащён по последнему чуду медицинской техники. Естественно, что каждый санаторий имеет свою специализацию. Поэтому при любом заболевании, при необходимости долечивания пациентов с любой патологией, наши здравницы готовы оказать любой вид медицинской помощи.

И. КОРОТЧЕНКО: Раньше в структуре министерства обороны были дома отдыха, турбазы. Всё это наследие сегодня в Ваших руках?

Д. ТРИШКИН: Да, вместе с санаторно-курортными организациями в структуре военной медицины есть 12 баз и домов отдыха, которые позволяют организовывать активный отдых, культурный досуг отдыхающих с использованием оздоровляющего и закаливающего действия природных факторов, физической культуры, спортивных мероприятий, местного туризма. Это не медицинские организации. На базе отдыха не осуществляется медицинская деятельность. Там, безусловно, есть медицинский персонал, но прямым действием оказание медицинских услуг на этих базах не осуществляется. Там созданы все необходимые условия – комфортабельные номера, питание, которое можно будет заказать по своему выбору, спортивные площадки, разработаны туристические маршруты. И, безусловно, работают квалифицированные инструктора.

Кроме того, базы и дома отдыха идеально подходят для организации семейного отдыха, с детьми. Имеются детские игровые площадки, обустроены пляжные зоны, есть спортивный инвентарь. И востребованность данного вида отдыха растёт из года в год. Если в 2012 году на базу отдыха приехало порядка 28 тысяч человек, то в этом году эта цифра стала уже более 40.

И. КОРОТЧЕНКО: Я обратил внимание, что число военнослужащих, которые пользуются санаторно-курортным лечением, относительно невелико. С чем это связано? С тем, что здоровье у военнослужащих нормальное или люди предпочитают проводить отпуска в ином формате, чем в военных санаториях?

Д. ТРИШКИН: Безусловно, отрицательно в этой ситуации повлияла отмена льгот для действующих военнослужащих получить возможность санаторно-курортного лечения со скидкой. Напомню, что эта скидка составляла почти 75% от стоимости, а для членов семей военнослужащих – 50% стоимости. Несмотря на то, что денежное довольствие военнослужащих было повышено, получая деньги в виде зарплаты, военнослужащие получили возможность выбора – проводить ли лечение в наших здравницах, либо съездить в любой другой. Конечно же, это сыграло отрицательную роль. Но хочу сказать, что сегодня в рамках действующего законодательства комплексное полноценное лечение, а именно медицинскую реабилитацию после перенесённого заболевания действующие военнослужащие могут провести абсолютно бесплатно в любой из наших здравниц. Это тоже сыграло определённую роль, потому что если есть показания для лечения, то военнослужащий может быть направлен госпиталем, где он проходил лечение, на долечивание в любой из наших санаториев. Поэтому всё, что касается лечения, по закону действующие военнослужащие могут пройти его абсолютно бесплатно в любой здравнице. А всё, что касается отдыха – здесь есть право выбора самого военнослужащего – где ему отдыхать с семьёй и в какое время.

Мы ввели особый порядок для работы с действующим военнослужащим, когда приоритет отдаётся им. Поэтому если у военнослужащих и членов их семей есть желание получить лечение в летний период времени в любом из наших санаториев, мы зарезервировали определённое количество путёвок, которые в приоритетном порядке будут выдаваться действующим офицерам. Это правило, которое мы применяли, и надеюсь, будем применять в последующем.

И. КОРОТЧЕНКО: В предшествующий период была такая форма обмена, когда наши военнослужащие – в основном, генералитет, старшие офицеры, выезжали отдыхать на курорты в зарубежных странах, и это шло по линии взаимного военного обмена. А мы здесь у себя принимали зарубежных военнослужащих. Как сегодня обстоит дело с этим?

Д. ТРИШКИН: Мы эту работу продолжаем, есть определённые договорённости с Министерством обороны Вьетнама. Планируется приезд руководящего состава Министерства обороны Вьетнама в наши санатории, где они смогут получить весь комплекс необходимых медицинских услуг. И в последующем на взаимовыгодных условиях мы предполагаем направить туда группу действующих военнослужащих для необходимого лечения в республике Вьетнам. Я думаю, что данный опыт продолжит свою работу, и мы надеемся, что в 2016 году он будет активизирован.

И. КОРОТЧЕНКО: Какова сейчас загруженность военных здравниц в связи с тем, что сейчас Турция и Египет практически закрылись исходя из опасности террористических угроз против граждан Российской Федерации. Это каким-то образом повлияет на заполняемость военных санаториев сейчас?

Д. ТРИШКИН: Безусловно, повлияет. И мы это уже ощущаем по той активности людей, которые обращаются к нам с просьбами выдать соответствующие путёвки на лечение в наших здравницах, особенно в летний период времени. Как я уже сказал, за первый месяц работы в декабре 2015 года мы выдали уже более 70 тысяч уведомлений на лечение в 2016 году. Если взять весь объём путёвок – 250 тысяч в год, то 70 тысяч только за один месяц – мы понимаем, что спрос огромный. Анализируя работу наших здравниц за последние 5 лет, хотел бы сказать, что в среднем загрузка наших санаториев составляла порядка 75-80%. И, конечно же, осенний, летний и весенний период был жаркой порой работы наших здравниц. В зимний период работа была менее активной, и желающих лечиться в наших здравницах в этот период было не особо много.

За последние полтора года ситуация изменилась, и уже сегодня, несмотря на то, что зимний период не всегда востребован, огромное количество желающих получать лечение и в январе, и в феврале, и в марте – а не только в летний период.

Второе обстоятельство – что мы планируем ежегодно дополнительно вводить в эксплуатацию порядка полутора тысяч мест в наших здравницах в соответствии с тем планом, о котором я уже говорил, по деятельности военно-медицинских организаций, проведению ремонта, строительства, реконструкции наших объектов. До 2020 года мы планируем ввести в эксплуатацию ещё порядка 5 тысяч дополнительных мест в наших здравницах. Это, конечно же, будет большим подспорьем для того, чтобы удовлетворить весь тот спрос наших граждан, и прежде всего наш льготный контингент – пенсионеров министерства обороны, членов их семей, действующих военнослужащих. Планируем, что к 2020 году мы позволим в санаториях министерства обороны пролечить порядка 300 тысяч человек.

И. КОРОТЧЕНКО: Каковы сильные и слабые стороны военных санаториев в целом, на Ваш взгляд?

Д. ТРИШКИН: Сильной стороной традиционно является уровень проведения санаторно-курортного лечения. Немалую роль играют наши медицинские кадры, их знания и профессиональное мастерство в совокупности с новым оборудованием. За последние полтора года мы приобрели порядка 34 тысяч единиц современного оборудования. Они позволяют достигать отличных результатов. С улучшениями из наших здравниц уезжают 99% тех, кто получает лечение.

Слабые стороны военных санаториев, как таковые, наверное, отсутствуют. Здесь необходимо сказать о необходимости дальнейшего совершенствования материально-технической базы здравниц. Это не только медицинское оборудование, но необходимы и достаточно большие затраты на капитальный ремонт и реконструкцию наших объектов, изменение номерного фонда, замену мебели.

И. КОРОТЧЕНКО: Вы сказали, что военные санатории по территориальному признаку входят в некие юридические лица. Это акционерные общества?

Д. ТРИШКИН: Нет, санаторно-курортный комплекс – это юридическое лицо. До сегодняшнего дня они все были казёнными. Министром обороны принято решение с 1 января 2016 года четыре из этих санаторно-курортных комплексов – Сочинский, Подмосковье, Северный Кавказ и Анапский – изменить на федерально-бюджетные учреждения. Мы понимаем, что для того, чтобы развиваться и конкурировать со здравницами других ведомств, с частными санаториями.

Я думаю, что решение принято абсолютно правильно – дать больше возможностей и больше полномочий руководителям данных организаций развиваться, в том числе, и зарабатывать средства на своё развитие, стимулировать персонал, который работает в здравницах, повышать их квалификацию, и самостоятельно покупать современное медицинское оборудование, а не только за счёт средств Министерства обороны.

Конечно же, финансирование этих организаций нисколько не уменьшится, оно останется таким же. Плюс предусмотрено выделение целевых субсидий на оснащение этих санаториев. Но всё-таки когда у руководителя санатория в руках не только управление, но и финансовые ресурсы, то многие вопросы решать намного проще.

И. КОРОТЧЕНКО: У вас остались объекты в Красной поляне?

Д. ТРИШКИН: Да, в Красной поляне у нас работает база отдыха. Она очень востребована, особенно в зимний период времени она загружена на 100%. Она неплохо оснащена, есть плавательный бассейн. И добраться до ближайших горнолыжных склонов можно в течение 10-15 минут. В этом году санаторно-курортному комплексу выделен дополнительный транспорт – порядка 7 единиц техники – «Газели», микроавтобусы, которые позволяют всех отдыхающих доставлять до самих горнолыжных трасс.

И. КОРОТЧЕНКО: Насколько объект в Красной поляне конкурентоспособен по сравнению с другими аналогичными объектами? Понятно, что конкуренция достаточно жёсткая. Ваш кластер – бюджетный, предназначен именно для военнослужащих, военных пенсионеров и позволяет воспользоваться возможностью активного зимнего отдыха, горными лыжами, или вы планируете конкурировать и с известными брендами, которые также функционируют в Красной поляне?

Д. ТРИШКИН: Нет, я думаю, что на сегодняшний день наши базы отдыха – это базы, рассчитанные на бюджетный вариант лечения и отдыха, оказывают услугу эконом класса, хотя всё необходимое для нормального отдыха на наших базах отдыха сегодня есть. Я уже говорил о тех дополнительных средствах, которые мы выделяли нашим санаториям. Им удалось в прошлом году приобрести хороший спортинвентарь: те же горные лыжи, сноуборды, беговые лыжи, всё необходимое. Сегодня это не какие-то деревянные лыжи, которыми 20 лет пользовались, а нормальные, современные комплекты оборудования с передовыми зарубежными технологиями. Поэтому всё, что необходимо для самого активного отдыха, сегодня в здравницах есть.

Также есть нормальное питание, номерной фонд, всё необходимое в номерном фонде. Конечно же, это, может быть, не люкс-апартаменты, которые мы предполагаем в пятизвёздочных отелях. Всё-таки 20-25 тысяч рублей на 14 дней лечения и отдыха – это не очень большая сумма для того, чтобы можно было получить это лечение. При этом льготный контингент оплачивает только 25% от этой стоимости, то есть 4-5 тысяч рублей на 14 дней отдыха с питанием. Думаю, что это не очень большие деньги для отдыха.

И. КОРОТЧЕНКО: Давайте поговорим о системе военных санаториев в Крыму. В каком виде они вам достались, и что с ними сейчас происходит? Расскажите поподробнее.

Д. ТРИШКИН: С 1 июня 2014 года в состав медицинской службы Вооружённых сил вошли шесть здравниц, расположенных в Крыму. Принцип передачи был очень простой: те здравницы, которые находились в ведении Министерства обороны Украины, были переданы и закреплены за Министерством обороны Российской Федерации. Это Сакский военный санаторий, Евпаторийский детский клинический санаторий, военный санаторий «Крым», Феодосийский военный санаторий, Ялтинский военный санаторий и турбаза «Севастополь».

С 1 июня этого года начнёт функционировать ещё один санаторий – это военный санаторий «Судак». Он также был передан Министерству обороны, в течение последнего года относился к работе Центрального спортивного клуба Армии, но министром обороны было принято решение о передачи его в военную медицину, и с летнего сезона 2016 года санаторий «Судак» также начнёт принимать отдыхающих и проводить необходимое лечение.

С 1 января 2015 года все здравницы в Крыму стали носить статус Федеральных бюджетных учреждений, для них было сформировано государственное задание. Начав работать с 1 июня 2014 года, они пролечили порядка 28 тысяч человек, а за 2015 год количество пролеченных людей составило более 42 тысяч. То есть, востребованность здравниц в Крыму огромная, но, к сожалению, за последние 20 лет должного внимания этим здравницам не уделялось.

И. КОРОТЧЕНКО: То есть, они эксплуатировались Украиной в том виде, как от СССР достались?

Д. ТРИШКИН: Да. Что-то руководители санаториев смогли заработать и вложить в эти здравницы, это они делали. Но мы понимаем, что для их восстановления средства нужны большие, а из бюджета Минобороны Украины этих средств не выделялось. Поэтому мы уже в этом году начали активно им помогать, выделены средства в размере порядка 100 миллионов рублей на приобретение необходимого медицинского оборудования, а в ряде санаториев на сегодняшний день начата и проводится реконструкция. В ряде корпусов самого крупного военного санатория «Крым», рассчитанного на 1400 мест, уже проводятся ремонтные работы, но он не закрывается, все работы проводятся поэтапно. Хотелось бы отметить, что в здравницах Крыма, которые сегодня работают в составе военно-медицинских организаций министерства обороны, удалось сохранить медицинскую составляющую, медицинские кадры.

Конечно же, когда все эти санатории вошли в состав Министерства обороны Российской Федерации, весь персонал, который работал в санаториях, остался, ни один человек уволен не был. В некоторых здравницах были проведены кадровые замены. Сегодня здравницами в Крыму руководят высококлассные специалисты, люди, имеющие опыт организации деятельности санаторно-курортных организаций Министерства обороны Российской Федерации – это, прежде всего, врачи, организаторы здравоохранения. И, конечно, те методики лечения, которыми всегда славились военные здравницы, в полной мере сегодня внедряются и работают в санаториях Крыма.

Не могу не сказать про детские санатории. В Министерстве обороны у нас два детских санатория – Пятигорский детский санаторий и Евпаторийский детский санаторий, которые оказывают весь необходимый комплекс санаторно-курортного лечения для детей министерства обороны. Там проходят и лечение, и отдых дети, имеющие различные отклонения по состоянию здоровья, которым показано санаторно-курортное лечение. И мы сегодня практически на 100% удовлетворяем потребность детей-членов семей сотрудников Министерства обороны в лечении в наших здравницах.

И. КОРОТЧЕНКО: Я знаю, что в планах министерства обороны значится, что летом 2016 года должен заработать военный санаторий в Абхазии. Что он из себя будет представлять? Это будет генеральский вариант или общедоступный центр отдыха и лечения?

Д. ТРИШКИН: Напомню, что несколько лет назад между Министерством обороны Российской Федерации и Республикой Абхазия было подписано соответствующее соглашение, в рамках которого ряд здравниц, расположенных на территории Республики Абхазия, предполагается передать в ведение министерству обороны. Первым таким санаторием, который с июня 2016 года начнёт работать на территории Республики Абхазия, станет военный санаторий «Гагра». Несколько лет назад, в 2008 году, этот санаторий был выкуплен Российской Федерацией, то есть, он не просто будет нам передан, а находится в собственности. Сейчас проводится вся необходимая работа по приведению этого санатория в нормальное работоспособное состояние.

Два месяца назад заместитель министра обороны Российской Федерации Цаликов Руслан Хаджисмелович выезжал туда в составе рабочей группы. Мы объехали все санатории, посмотрели их состояние готовности к работе в летний период. С 1 июня этот санаторий начнёт работать. Также уже сейчас прорабатывается вопрос о начале работы военного санаторий «Гудаутский», который также находится в Республике Абхазия, но его материально-техническая база несколько хуже, поэтому одномоментно ввести его в эксплуатацию пока не представляется возможным. Необходимо провести там ремонтные работы, которые уже запланированы на следующий год. Помимо этого, два санатория – «Сухум» и «Сухумский» – тоже планируется передать нам в рамках этого соглашения для эксплуатации, но по ним проводится дополнительная работа, потому что на сегодняшний день остаётся много нерешённых спорных вопросов имущественного характера: когда подписывалось соглашение, перечень объектов был один, а за это время на площадях здравниц появились какие-то иные организации. Мы готовы работать в этом направлении, но есть ещё ряд имущественных и юридических вопросов.

И. КОРОТЧЕНКО: Ещё раз хочу уточнить: если обычный, гражданский человек пожелает попасть на отдых в военный санаторий, как ему надо действовать? Через сайт Министерства обороны или же каким-то иным образом?

Д. ТРИШКИН: Любой гражданский человек может оставить заявку, как и действующий военнослужащий, как и льготный контингент, через сайт министерства обороны, а также может напрямую написать соответствующее заявление с приложением всех необходимых документов в службу размещения любого санатория. На сайте все необходимые координаты есть.

Безусловно, на сегодняшний день мы отдаём приоритет действующим офицерам, членам их семей и льготному контингенту, то есть, пенсионерам министерства обороны. Но, говоря о функционировании Федеральных бюджетных организаций наших здравниц, мы понимаем, что коммерческая деятельность для них не запрещена, и они будут её осуществлять. Порядка 30% всех путёвок, которые сегодня имеют наши здравницы, они вправе реализовывать иным гражданам, которые к Министерству обороны никакого отношения не имеют.

И. КОРОТЧЕНКО: Это относится, в том числе, и к военным санаториям в Крыму?

Д. ТРИШКИН: Конечно.

И. КОРОТЧЕНКО: Вы уже упомянули детские санатории. Как в Министерстве обороны России организован детский оздоровительный отдых? Насколько я помню, в советское время в каждом военном округе было по несколько детских оздоровительных лагерей. Функционируют ли они в настоящее время?

Д. ТРИШКИН: Всё течёт, всё изменяется. Несколько лет назад был принят Федеральный закон №124 «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации», согласно которому полномочия по осуществлению мероприятий по осуществлению прав детей на отдых и оздоровление передано субъектам Российской Федерации, а именно органам государственной власти субъектов Российской Федерации. Поэтому сегодня любой ребёнок любого действующего офицера имеет право получить отдых в детских лагерях в том субъекте, в котором он проживает, и это уже задача органов власти. Мы, повторюсь, также организуем отдых для детей. Это дети-сироты, которые учатся в подведомственных Министерству обороны кадетских корпусах, суворовских училищах. Что касается этого контингента, они получают всё необходимое лечение и отдых в наших здравницах. Прежде всего, это Евпаторийский детский санаторий и Пятигорский детский санаторий. Всё, что касается других детей – они сегодня в наших организациях, в наших санаториях лечение не получают. Изменились требования, изменились порядки оказания медицинской помощи. Сегодня ребёнок в медицинской организации не может получить лечение, если нет соответствующей лицензии на детскую помощь. Поэтому, к сожалению, детские лагеря у нас в том объёме, в котором они работали 10-15 лет назад, не функционируют.

И. КОРОТЧЕНКО: Хочу задать вопрос про Камчатский кластер, знаменитую «Паратунку». Какие у вас планы в этом направлении, можно ли попасть туда?

Д. ТРИШКИН: «Паратунка» – это, наверное, самая удалённая восточная точка нашей страны, где есть здравница Министерства обороны. Там, конечно, прекрасные климатические условия. Мы достаточно часто бываем в этой здравнице. Я раньше ни разу не был на Камчатке, но, работая в Министерстве обороны, я за последние три года уже около пяти раз был именно там, смотрел и проверял работу данной организации. Министр обороны лично там присутствовал и бывал неоднократно. На сегодняшний день принято решение и проводятся проектно-изыскательские работы на реконструкцию данного санатория, в том числе, лечебной составляющей, спальных корпусов. Думаю, что в ближайшие два года этот санаторий изменит свой облик и станет совершенно другим. Он уже сейчас имеет неплохую базу и лечебный корпус, но, тем не менее, всё ветшает, всё требует изменений, поэтому эти изменения будут сделаны.

И. КОРОТЧЕНКО: Политика Министерства обороны, насколько я понял, заключается в том, чтобы принципиально новым образом организовать сегодня санаторно-курортный отдых. Прежде всего, через реконструкцию материальной базы, создание современных бытовых условий, закупку принципиально нового медицинского оборудования. То есть, подход будет идти в рамках реализации именно такой стратегии.

Д. ТРИШКИН: Да, безусловно, именно так. Плюс, конечно же, обучение нашего персонала, наших врачей, которые работают в наших здравницах. Огромное подспорье здесь оказывает работа Военно-медицинской академии. Не каждое ведомство сегодня обладает такой уникальной научной базой. Сегодня организуются выездные циклы для того, чтобы обучать наших врачей, и это тоже огромный плюс: представители военно-медицинской организации выезжают прямо в сами санатории, проводят там выездные циклы и, конечно же, рассказывают о новых технологиях, о новых методиках, о том, как работать на этом оборудовании. Профессорско-преподавательский состав академии сегодня, наверное, один из лучших не только в Министерстве обороны, но и в стране.

И. КОРОТЧЕНКО: Как Вам видится перспектива развития санаторно-курортного обеспечения в ближайшие годы? Какие принципиальные задачи и цели планируется ставить и решать?

Д. ТРИШКИН: Я думаю, что основной целью будет, конечно, приведение наших санаториев в должное состояние. Санатории должны иметь не только хорошую медицинскую составляющую, но и базу, которая могла бы соответствовать всем тем стандартам лечения и отдыха, которые существуют за рубежом и у нас. Это, конечно же, увеличение количества наших объектов. Уже сегодня мы понимаем, что таким количеством санаториев мы полностью не удовлетворяем весь спрос всех желающих получить у нас лечение. Как я уже сказал, у нас в планах в ближайшие пять лет увеличить количество наших здравниц и общую коечную мощность примерно на 30%. Если все наши планы будут выполнены, мы достойно сможем оказывать любой вид медицинской помощи в наших санаториях нашим уважаемым пенсионерам Министерства обороны, нашим офицерам и членам их семей.

И. КОРОТЧЕНКО: Спасибо! Сегодня гостем программы «Генштаб» был начальник Управления медико-психологической реабилитации и санаторно-курортного обеспечения Министерства обороны России Дмитрий Вячеславович Тришкин.

Д. ТРИШКИН: Спасибо!