Фото РСН

Т. ДВИДАР: Добрый вечер. Наступил долгожданный вечер четверга, которого жду с нетерпением, чтобы обязательно провести допрос с пристрастием интересного нам человека. Лицом к лицу, глаза в глаза, с целью получить информацию, знать позицию нашего гостя, хорошо известного нам по различным ток-шоу. Но в которых мы, к сожалению, слышим лишь короткие обрывистые комментарии. Таковы уж эти странные ток-шоу. В студии член Общественной Палаты России, руководитель Центра международной журналистики и исследований международного агентства России Вероника Юрьевна Крашенинникова.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Добрый вечер, Таймур. Добрый вечер, радиослушатели.

Т. ДВИДАР: Россия, приготовься. Сегодня, наверное, будет такая возможность, если я позволю, Вам дозвониться и поговорить с Вероникой Крашенинниковой. То, что происходит в мире на первом плане – это видно. То, что происходит на втором – понятно. А что происходит на четвёртом, пятом планах? О чём мы даже не подозреваем?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Таймур, иногда даже лучше не знать, что происходит на этих планах. Но иногда эксперты всё-таки обязаны знать. Вы знаете, что в последнее время наблюдается, и это очень интересно? То, что у нас население, даже домохозяйки, знают очень интересную политическую фактуру. Кто в нашей стране не знает, что Соединённые Штаты участвовали в создании и поддерживали террористические организации ДАИШ или «Аль-Каиду». Такими знаниями простые американцы не обладают совсем. Зато у нас все про это знают.

Т. ДВИДАР: У нас в каждом доме есть свой эксперт, и это радует.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Не только эксперт, но у нас такие вещи говорятся экспертами, и политиками.

Т. ДВИДАР: А в Америке им это просто не интересно, да?

В. КРАШЕНИННИКОВА: В Америке это относится к альтернативной истории, потому что такие вещи в эфир не выходят, на центральных телевизионных каналах или на радио, или в центральных газетах вы такое не услышите и не прочитаете. Эта информация относится к так называемой альтернативной истории, но на самом деле эта история имеет место быть. Но только о ней не говорят.

Т. ДВИДАР: Вероника Юрьевна, Вы же знаете то, что нам не известно. Расскажите.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Вас что интересует? Направляйте.

Т. ДВИДАР: Начнём с Турции. Сбили российский самолёт. Нам всё про это известно – кто сбил, зачем, кто не извиняется, почему не извиняется. Мы можем догадываться. Что в Турции? Я имею в виду не народ, а политический истеблишмент.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Ситуация с Турцией, вокруг Турции, конечно же, очень комплексная и многогранная. Это очень сложный регион, насколько много там действующих сил, векторов, как это всё постоянно меняется.

Т. ДВИДАР: Вы нам вкратце расскажите.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Давайте я затрону один аспект этой ситуации, потому что иначе нам не взяться за эту тему. Кто сбил российский самолёт и расстрелял российского лётчика? Ответственность за этот акт взяла на себя турецкая неофашистская организация «Серые волки». Но их участие в этом антироссийском акте даёт нам новый свет на всю историю. «Серые волки» всегда были инструментом Центрального разведывательного управления и были связаны с НАТО. В годы «Холодной войны» они были турецкой тайной организацией. И, наверное, многие наши слушатели знают, что такое «Гладио». «Гладио» — это сеть террористических организаций, которая действовала в период Холодной войны во всех государствах-членах НАТО и в некоторых нейтральных государствах, таких, как Швейцария.

Т. ДВИДАР: В основном в Европе.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Только в Западной Европе и в Турции.

Т. ДВИДАР: Это организация или операция?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Это сеть. В Италии эти террористические ячейки назывались «Гладио» — меч.

Т. ДВИДАР: С какого года? Вы сказали, что слушатели знают, но мы ничего не знаем.

В. КРАШЕНИННИКОВА: С 50-х годов, после того как появилась необходимость в поддержании единства альянса. Потому что как мы знаем, левые силы были очень популярны. Поэтому их, во-первых дискредитировали путём совершения террористических актов под чужим флагом. То есть эти террористические ячейки совершают теракт, а ответственность за него возлагается на тех, кого нужно всячески политически запачкать. В случае Италии ответственность возлагалась на «Красные бригады» — леворадикальное движение, которое было вдоль и поперёк инфильтровано агентурой. Слушатели, которые чуть постарше, помнят о том, что в своё время был похищен премьер-министр Италии Альдо Морро. Он был похищен как раз в тот момент, когда ехал на заседание правительства, на котором коммунисты и левая партия должны были стать частью правительственной коалиции. И через два месяца труп Альдо Морро был обнаружен в багажнике автомобиля.

И случился теракт с многочисленными жертвами на железнодорожном вокзале в городе Болонья. 80 человек погибли, 200 были ранены. Ответственность опять возложена на «Красные бригады». Но в 1990 году итальянский парламент начинает расследование, и оказывается, что эти и другие теракты были совершены этими секретными подразделениями, которые были связаны со штаб-квартирой НАТО.

Т. ДВИДАР: То есть европейские правительства признают этот факт?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Часть европейского парламента признала этот факт.

Т. ДВИДАР: Хорошо, возвращаемся в Турцию.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Подобные функции в Турции выполняла эта неофашистская террористическая организация «Серые волки». Они в какой-то форме существовали и до того. Годом создания считается конец 50-х годов. И их создавали турецкие коллаборационисты, которые работали с Центральным Разведывательным Управлением. Но что примечательно, коллаборационистами они были и ранее. Коллаборационистами Третьего рейха. Эти люди вышли из дивизии СС Третьего рейха. Точно так же, как Генералитет Третьего рейха был перезагружен в Разведывательный аппарат Соединённых Штатов, в военный аппарат НАТО, люди уровня лейтенантов и полковников были перезагружены в антисоветские организации времён Холодной войны. Создателем «Серых волков» считается человек по имени Альбарслан Тюркеш. Он был в 1945 году осуждён военно-полевым судом за расизм и нацизм.

Т. ДВИДАР: Но он чуть ли не один из национальных героев Турции.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Есть часть турецкого общества, которая считает таких людей героями и «Серые волки» частью общества романтизируются. Но мы же понимаем, против какой Турции воюют эти люди. Им удалось едва ли не каждые 10 лет совершать военные перевороты. В 60-м, 71-м и 80-м годах «Серые волки» служили организатором военных переворотов. И премьер-министра Турции часто убивали, в частности, в 1961 году. Конечно, они были настроены резко антисоветски. Конечно же, коммунистов, лидеров профсоюзных движений и всех левых убивали. А также курдов, и всех тех, кого ультраправые турецкие силы считают своими врагами. Эти люди против той Турции, которая сотрудничала бы с Советским Союзом или с Россией сегодня. Это самые радикальные силы.

Т. ДВИДАР: Это партнёры Эрдогана на сегодня?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Эрдоган их всячески прикрывал. Очень часто «Серые волки» выступали против легитимного демократически избранного правительства Турции. Но в данном случае они – да, с Эрдоганом. Но, конечно же, они — инструмент Центрального разведывательного управления и НАТО и в какой-то момент могут выступить и против Эрдогана.

Т. ДВИДАР: Кто из них кем управляет?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Я боюсь, мы этого не выясним. Это глубже, чем четвёртый и пятый уровень.

Т. ДВИДАР: Мы точно сегодня не выясним, или Вы нам просто не скажете, кто кем управляет?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Что нам абсолютно точно известно и понятно, — это то, что сегодня против России работают те же самые силы, которые работали против Советского Союза во время Холодной войны и те же самые, кто работал против Советского Союза в рамках Третьего рейха и плана Барбаросса. И что примечательно, работали с теми же украинцами, которые служили в дивизии СС «Галичина» и других подобных дивизиях. После войны все эти нацистские коллаборационисты были загружены в антисоветские американские организации. Был антибольшевистский блок народов, созданный украинскими коллаборационистами. Эти турки, про которых мы говорим, в частности, Рузий Назар, входили в этот антибольшевистский блок народов. Рузий Назар – это ещё один мерзавец, который служил в туркестанской дивизии СС, который напрямую стал агентом ЦРУ, был резидентом ЦРУ в Турции, при котором организовывался первый военный переворот в 1960 году. Потом он работал против Советского Союза в Афганистане. И совсем недавно ушёл из жизни.

Т. ДВИДАР: Допустим, мы ничего этого не знали. Допустим, руководство нашей страны не особо подозревало, или делало вид, что не особо задумывается об этом. На протяжении последних лет мы в тесной дружбе с эрдогановской Турцией. Почему?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Эрдоган тоже был разный.

Т. ДВИДАР: Я пытаюсь докопаться, чего мы всё-таки не знаем.

В. КРАШЕНИННИКОВА: И в какое-то время тот же самый Эрдоган стремился в Европу, и верил, что он туда попадёт. Что является совершенным нонсенсом. Турция не станет членом Европейского Союза вне всяких сомнений. Но я разделяю вопросительный знак в этом предложении, потому что Турция давно и настойчиво напрашивалась к нам если не во враги, то в оппоненты – это абсолютно точно.

Т. ДВИДАР: То есть при всей видимости дружбы?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Да, при всех экономических проектах, которые у нас разворачивались достаточно активно, Турция вела резко антироссийскую политику в Средней Азии.

Т. ДВИДАР: Но при этом мы инициировали и финансирование, и строительство атомной станции. И президент Путин сделал широчайший жест в виде подарка Эрдогана с газовой трубой.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Это был очень щедрый жест.

Т. ДВИДАР: Я уж не говорю о тарифах, которые обсуждались.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Да, но Эрдоган не оценил его совсем. То, что Турция сделала в отношении крымских татар, особенно в последние годы.

Т. ДВИДАР: Можно, я спрошу про крымских татар? У нас есть замечательный персонаж, организатор продовольственной и энергетической блокады Крыма – Ленур Ислямов. Он выложил в соцсетях фотографии с турецкими экстремистами из этой организации «Серые волки». И цитата: «Турецкий патриот из организации «Серые волки» посетил нас в блокаде. Кольцо блокады сжимается». У меня напрашивается не очень лестный комментарий. Ленур Ислямов открыто говорит, что эти люди помогут ему чуть ли не блокировать Керченский залив, организовать какие-то боевые действия.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Люди там достаточно безумные. И что касается Ислямова и его ближайших коллег по крымско-татарским делам… А уж про «Серых волков» говорить не приходится. Они способны на многое. Другое дело, что это всё очень легко просчитать. И их шаги на раз-два понятны.

Т. ДВИДАР: Опять же цитата: «Между энергетической и морской блокадой Крыма будет ещё одна блокада. И о ней скоро узнаете». Это мне очень напоминает риторику «Вилаят Синай», когда сбили наш самолёт. «В том месте, которое мы определим, в том месте, которое мы определим». «Сейчас о ней говорить не буду, на днях о ней узнаете». То есть просто пугает, стращает.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Психологическая война – это часть общих военных операций против России. И, конечно же, одна из целей психологической войны – это подавить волю к сопротивлению противника. В любом случае, с такими людьми необходимо рассчитывать на худшее. Всё самое негативное, что они могут сделать против России – они постараются сделать. Список таких действий на самом деле конечен и достаточно предсказуем. Так что достаточно элементарно строить на пути таких людей препятствия и нейтрализовать их действия.

Т. ДВИДАР: Если мы вернёмся к моему вопросу о том, что же мы раньше бродили по минному полю и не замечали мин? Почему? Вы правда знаете что-то или Вы не можете по долгу службы нам сказать? Почему так случилось, что мы всё-таки дружили, вложились деньгами. Это большие деньги.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Во-первых, я не специалист по Турции и по этому направлению. Поэтому я даже не знаю всей фактуры по нему.

Т. ДВИДАР: Это не совсем вопрос Турции. Это вопрос Ближнего Востока и других стран тоже. Мы приобретаем друзей, или возвращаем старых друзей, вкладываемся. Но история, в частности на Ближнем Востоке, показывает, что так опрометчиво делать шаги нельзя. Или ты точно что-то знаешь наперёд, как в Советском Союзе. Или контролируешь регион или точно не ввязываешься. Что послужило «дружбе»? Нас слушает аудитория – обычные российские обыватели. Они уверены, что Турция – наши друзья, мы к ним ездим отдыхать. Народами дружим, много смешанных браков. Вроде как всё хорошо, а тут чуть ли не война.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Безусловно, в этой ситуации существовали очень резкие противоречия. Но на некоторые вопросы у меня просто нет ответов. Нет приемлемого для меня ответа, который бы мне понравился.

Т. ДВИДАР: Будучи экспертом и специалистом в международных отношениях?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Да. А что касается Ближнего Востока вообще, мы же давно не занимались им серьёзно.

Т. ДВИДАР: Лет 30, наверное.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Да, начиная с 1985.

Т. ДВИДАР: Заблаговременно до развала СССР.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Это такой сложный регион, и нужно быть таким глубоким экспертом для того, чтобы принимать решения или рекомендовать какие-либо решения. Я надеюсь, что у нас остаётся школа знатоков Ближнего Востока.

Т. ДВИДАР: Мне тоже хотелось на это надеяться. В этой студии был выдающийся человек – Леонид Иванович Медведко, автор очень многих книг, настольной книги каждого посла на Ближнем Востоке – это его авторство. Алексей Алексеевич Новоточинов. Очень интересные люди, но они не востребованы. Концовка их эфиров была: «Да мы, видимо, никому не нужны». Есть эффективные менеджеры.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Да, действительно. Эффективные менеджеры у нас занимаются какой угодно областью, и какими угодно вопросами. И иногда удивляешься, на чём Россия держится при таких эффективных менеджерах. И очень важно, пока эти люди ещё с нами, построить механизм передачи знаний, потому что они обладают таким ценным опытом. А новые люди должны проделать все те же самые ошибки пока не дойдут до правильных решений. А у нас в сегодняшней обстановке у России нет права на ошибки. Ошибки нам будут стоить слишком дорого. Соединённые Штаты могут совершать достаточно серьёзные и тяжёлые ошибки, потому что у них политический, военный и экономический вес больше, чем у нас. Но мы должны просчитывать ситуации гораздо точнее и аккуратнее.

Т. ДВИДАР: Примем звонки от слушателей.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, Таймур. Добрый вечер, Вероника.

Т. ДВИДАР: Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Меня интересует вопрос, почему мы всегда находим фашистов в тот момент, когда мы с кем-то ссоримся, а не находим до этого момента? Не пора ли нам искать фашистов в Черногории, которая хочет вступить в НАТО?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Правильный вопрос задаёт Алексей. Действительно, эти ультраправые сети как были, так и остаются существовать. Как мы начали говорить, коллаборационисты Третьего Рейха были перезагружены в натовские организации, в антисоветские организации. Откуда, Вы думаете, появилась Екатерина Чумаченко, которая впоследствии стала Ющенко – первой леди Украины. Екатерина Чумаченко родилась в Чикаго в 1961 или 1962 году, а её родители познакомились в лагере для перемещённых лиц, были перевезены затем по линии церкви в Чикаго. Это церковь, куда с ранних лет ходила маленькая Катерина, называлась церковь «Рум виры» — видной украинской национальной веры. Основал её Лев Селенко, которого в этой церкви называют пророком. А вообще-то он носил звание гаубштурфюрера СС. И по возрасту они вышли практически все, но сегодня против России работает второе поколение, и третье поколение этих коллаборационистов. А фашизм всегда был инструментом против Советского Союза, России и ещё долго им останется.

Т. ДВИДАР: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Мне хотелось бы узнать у нашей замечательной гостьи Вероники как специалистки по Турции, о ситуации, которую я и многие мои друзья считают патовой и проигрышной для России. То, что мы сейчас бряцаем ядерными бомбами, ничего не значит. Во время Второй мировой войны у нас было химическое оружие, и у нас и у немцев. И никто его не применял. Естественно, что ядерными бомбами никто швыряться не будет.

Т. ДВИДАР: Никто не бряцал.

СЛУШАТЕЛЬ: Сейчас Турция фактически вторглась в Сирию и фактически поставила там свою военную базу. Что мы будем делать, если она сейчас наземным комплексом «Патриот» собьёт ещё один наш самолёт?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Квалифицированный вопрос, и действительно нам надо быть готовыми к любым враждебным действиям Турции. Но наша решительная реакция на сбитый самолёт послужила уроком для Турции, а также и для других государств, которые являются пособниками терроризма. Так что вряд ли Турция или кто-то другой сейчас осмелится это делать.

Т. ДВИДАР: Звонок от слушателя.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Вы лучше мужиков сражаетесь на телеэфире, спасибо Вам.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Я стараюсь за народ.

Т. ДВИДАР: А вопрос у Вас есть?

СУЛАШТЕЛЬ: Нет вопроса.

Т. ДВИДАР: Только комплимент. Спасибо. Приятно, правда?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Приятно.

Т. ДВИДАР: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, Евгений. Как Вы думаете, ситуация с С-400 – это красиво воспользовались ситуацией, как с Крымом в своё время? Либо это хорошо разыгранная комбинация?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Спасибо за вопрос. С-400, конечно же, требовались для защиты сирийского неба. По факту теперь С-400 создают бесполётную зону. Я думаю, что мы очень хорошо и быстро ответили на действия Турции, правильно сделали.

Т. ДВИДАР: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Хотелось бы выразить восхищение Вероникой. Вам не кажется, что внешняя политика России в последнее время напоминает шизофрению? Что вокруг нас одни враги – Европа, Украина, Америка, Турция, Сирия.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Я не думаю, что наша внешняя политика формулируется именно в такой терминологии. В первую очередь, нужно отделять правительства государств от их народов. Народы нам точно не враги. По-прежнему остаётся достаточно активная и широкая позитивная повестка дня. Но некоторые государства предпринимают вполне себе враждебные действия против нас. Это надо видеть и нельзя не заметить.

Т. ДВИДАР: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Когда ваша гостья Вероника начнёт отвечать на поставленные вопросы?

Т. ДВИДАР: Какой?

СЛУШАТЕЛЬ: Первый позвонивший Вам, задал вопрос: что будет с нашей страной, когда мы войдём в Сирию?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Во-первых, мы в Сирию не войдём, потому что в этом нет никакой необходимости. Наземных сил в Сирии достаточно, и мы там поддерживаем легитимную власть, и есть правительственная армия. Во-вторых, там достаточно сил из региона. И от нас требуется поддержка с воздуха. Это то, что не может делать Сирия и их союзнические державы. Но посылать российскую наземную армию, сухопутные войска нет никакой необходимости.

Т. ДВИДАР: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Хочу сказать Веронике спасибо. А предыдущего слушателя спросить, почему он думает, что Европа нам враги? Они нам не враги, просто они поддерживают Америку.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Спасибо.

Т. ДВИДАР: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Вероника Юрьевна, скажите, пожалуйста, если Украина проявит агрессию к Донбассу и начнёт завоёвывать Донбасс, Луганск, как России предпринимать меры в этом случае? Что будет?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Вы правы, можно предполагать, что Украина может это сделать. На прошлой неделе американские военные начали боевую подготовку регулярной украинской армии. Раньше, как мы знаем, они тренировали карательные батальоны и разные другие подразделения. К этому нужно быть всегда готовыми. Но я боюсь, что для того чтобы урегулировать вопросы с киевскими властями, нужно говорить с Вашингтоном. А это мы делаем.

Т. ДВИДАР: На днях вроде бы восстановлен суверенитет нашего суда в связи с решением запрета международных судов, противоречащих закону России. Потом закрытие деятельности фонда ЮС РФ. С ними перекрыли кислород гранатоедам майдана.

В. КРАШЕНИННИКОВА: То, что произошло на Украине два года назад, и то, что продолжает происходить – в большой степени результат работы всяческих американских и других западных фондов. И что очень важно ещё, эти фонды провели огромную работу в сфере образования Украины. И как раз новыми учебниками полностью перезагрузили мозг и сознание украинцев.

Т. ДВИДАР: Это на Украине. А у нас?

В. КРАШЕНИННИКОВА: С Украиной мы видим результат этой работы в сфере гражданского общества, образования. А науку просто физически вывезли. А у нас мы более или менее разобрались с иностранными агентами в сфере гражданского общества. Но в сфере образования эти западные фонды в России работали столь же активно, сколь они продолжают работать на Украине. Даже более активно, чем они работали с гражданским обществом. И нужно сказать, что умные головы и технологии были по большей части вывезены за предыдущие 20 лет. Но этот процесс не остановлен. Но фонды, в том числе тот, который Вы назвали – американо-российский фонд экономического развития – имеют программы. В частности, у этого фонда есть программа «Эврика». В российских университетах на деньги российского бюджета создаются новые технологии, ведутся какие-то разработки. Затем эта программа «Эврика» дважды в год вывозит разработчиков, предварительно отобранных, в Соединённые Штаты. И там предлагает эти проекты инвесторам. Конечно же, на такой ранней стадии инвестировать в проект совсем недорого. И таким образом, право первого отсмотра получают разные американские фонды, университеты и компании. Таким образом, наши лучшие умы и технологии оказываются зарегистрированы за рубежом. Все патенты и права остаются за рубежом. Да, изобретатель получает какую-то небольшую часть.

Т. ДВИДАР: Причём посол США в совете директоров.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Посол США в совете директоров, он обязан представлять интересы американского государства.

Т. ДВИДАР: А кто виноват в этом?

В. КРАШЕНИННИКОВА: По большей части в этой ситуации виноваты мы, что позволяем всему этому происходить.

Т. ДВИДАР: А мы – это мы с Вами?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Мы – это россияне. Мы, эксперты, тоже.

Т. ДВИДАР: А кто конкретно? Давайте разберёмся.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Я свой экспертный вклад внесла. Я подробно описала эту ситуацию в статье, которая опубликована в статье на сайте «РИА Новости».

Т. ДВИДАР: Да, но там Вы не указали, кто виновен. Комитет по образованию в Госдуме причастен к этому?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Все западные американские программы, которые реализуются в России – реализуются при участии Министерства образования.

Т. ДВИДАР: Вопрос национальной безопасности?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Вопрос национальной безопасности полностью отсутствует в процессе принятия решений в сфере образования. Хотя, безусловно, особенно в сегодняшней атмосфере при сегодняшних политических обстоятельствах он должен быть на первом месте. И, конечно же, наша система образования была перезагружена точно так же, как и украинская. Мы следуем Болонскому процессу. У нас эти фонды открывают двери ногой где угодно, а в региональных университетах совсем точно.

Т. ДВИДАР: Вероника Юрьевна, может быть, настало время задать вопрос министру Ливанову?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Безусловно. Министерству образования нужно решить, на какую страну оно работает.

Т. ДВИДАР: Господин Ливанов, для начала я приглашаю Вас на «Допрос с пристрастием» на «Русскую службу новостей». Вероника Юрьевна, в Екатеринбурге член общественной палаты Сергей Колясников бьёт в набат. Дипломат США ездит как к себе домой. Ректор университета запрещает патриотическую выставку. Посол США встречается с местной интеллигенцией. Что это? Нужно дождаться, пока не вылезет новая Болотная? А где люди, которые заняты национальной безопасностью? Где все?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Да, видимо, Вашингтон по-прежнему считает Свердловск своей вотчиной. Они взрастили там первого президента Российской Федерации Бориса Николаевича Ельцина.

Т. ДВИДАР: Нам его хватило, мы больше не хотим президента из Свердловска.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Да, но видимо они так не считают. У них могут быть другие планы в отношении Свердловска и нас. Но Уральский федеральный университет ведёт выдающееся сотрудничество. И нужно понимать, что сотрудничество в сфере науки и технологий необходимо. Вопрос в том, в чьих интересах Вы ведёте это сотрудничество и как? Вы сливаете ваших лучших студентов.

Т. ДВИДАР: Мы все были студентами, и Вы тоже. И часть образования, которое мы получили, из-за обмена в том числе.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Пётр I тоже ездил учиться в Голландию. Но он научился строить корабли и построил Российский флот.

Т. ДВИДАР: Он учился в интересах России.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Конечно же. Он привёз эти знания и поставил их на службу России. Вот в чём смысл сотрудничества в сфере науки, образования и технологий. Непонятно, почему такие элементарные вещи приходится озвучивать.

Т. ДВИДАР: Не знаю. Если Вам непонятно, то я совсем в растерянности.

В. КРАШЕНИННИКОВА: В сфере образования стоит говорить не только про Америку. Европа, Германия в том числе, ведут ещё более активную политику. Есть немецкое агентство по обмену научному и студенческому DAAD. Это крупнейшее агентство в мире, в год выделяется 400 миллионов евро на гранты. И по-прежнему очень активно ведётся обмен с Россией. Если это uерманское государственное агентство, то если они такие деньги дают, то вы каким-то образом что-то полезное Германии приносите. Понятно, что с нашей стороны это всё происходит, потому что мы ничего не делаем. Либо делаем слишком мало. Дорогие друзья, либо мы мобилизуемся и начнём, наконец, работать на благо своего государства.

Т. ДВИДАР: Вы сейчас делаете призыв правительству?

В. КРАШЕНИННИКОВА: В первую очередь. Но на самом деле это зависит от всех нас.

Т. ДВИДАР: Но по закону я не имею права противодействовать.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Задержания пусть совершают правоохранительные органы, а мы со своего руководства – будь то на уровне компании или правительства – можем это спрашивать. Мы как граждане своей страны имеем право с чиновников спрашивать.

Т. ДВИДАР: Не все готовы отчитаться. Сергей Лавров на Совете министров иностранных дел ОБСЕ: «Уже не выглядит экзотическим рассуждение о том, что развитие событий в сегодняшней Европе у некоторых вызывает ассоциации с периодом кануна Первой мировой войны. Когда политикам не хватило мудрости справиться с надвигающейся катастрофой и верх взяли геополитические амбиции». Мы на грани войны или уже в войне?

В. КРАШЕНИННИКОВА: То, что называлось холодной войной, — это противостояние между государствами, но открытого военного столкновения нет. Наверное, это вполне себе описывает сегодняшнюю ситуацию. Если Россия ведёт самостоятельную политику в собственных интересах, то по-другому и невозможно.

Т. ДВИДАР: Но он употребил слово «катастрофа».

В. КРАШЕНИННИКОВА: Сравнивают и с преддверием Первой мировой войны, и с преддверием Второй мировой войны. Особенно если посмотреть на подъём ультраправых настроений в Европе, что очень тревожно. Но у нас есть богатый опыт балансирования на грани конфликтов. Я не хочу сказать, что мы сейчас балансируем, потому что мы далеко. Когда был Карибский кризис, тогда было балансирование на грани конфликта. Но сейчас понятно, что в военном отношении с нами связываться никто не будет. Это совершенное сумасшествие — нападать на Россию с её ядерным потенциалом. Этого точно не случится. А воевать такими средствами как ДАИШ и другие террористические группировки типа «Серых волков» против нас, конечно, могут.

Т. ДВИДАР: Сегодня на вопросы отвечала член Общественной Палаты, руководитель Центра международной журналистики и исследований международного агентства России Вероника Юрьевна Крашенинникова. Спасибо.