Фото с сайта nbj.ru

А. МИТНОВИЦКАЯ: В студии Анатолий Аксаков, глава Комитета Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству. Здравствуйте.

А. АКСАКОВ: Здравствуйте.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Несколько минут назад мы говорили о возможном приезде в Крым итальянских депутатов. Как Вы полагаете, эти их приезды нам вообще нужны? Они могут дать какой-то эффект?

А. АКСАКОВ: Я думаю, они имеют позитивный эффект, прежде всего для внешнего применения, поскольку прорывается политическая блокада. Очевидно, за итальянцами должны приехать немцы, а потом все остальные. Американцы, думаю, тоже не за горами.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Вы думаете, американцы поедут?

А. АКСАКОВ: Думаю, да. Приедут посмотреть, что такое Крым. Наконец-то они узнают, что Крым - это исконно российская территория.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но там же оппозиционеры, там же не правящая партия.

А. АКСАКОВ: Ну и что? В Америке тоже есть оппозиция, есть нормальные здравомыслящие конгрессмены. Я там встречался с одним конгрессменом в прошлом году и задал вопрос: «Почему вы выступаете против воссоединения Крыма со своей исторической родиной?» Он ответил, что это неправильно. Я спросил: «Почему неправильно? Люди проголосовали, они счастливы». Он сказал: «А в Киеве несчастливы, поэтому я против». Вот такая странная логика. Я сам из Крыма только что вернулся, и вообще я сам оттуда, я там закончил школу. И у нас как раз был юбилей окончания школы, мы встречались с одноклассниками. Все счастливы: украинцы, белорусы, русские.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Неужели Вы не нашли ни одного человека, который был бы против?

А. АКСАКОВ: Я таких не встречал. Причём все, в том числе украинцы, говорят, что по итогам референдума 90% были «за», и сейчас так же проголосуют, несмотря на то, что ожидания, которые у них были больше года назад, не оправдались. Естественно, там много бардака, к сожалению, но при этом то, что они вернулись на родину - это главное для них, а не те ожидания, которые были связаны с улучшением жизненного уровня. Сейчас уже произошло отрезвление в этом плане, но никто уже не хочет возвращаться туда, где они были.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Как Вы полагаете, после приезда этих гостей из Италии санкции могут снять?

А. АКСАКОВ: Я думаю, санкции снимут. Это, конечно, небыстро произойдёт.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Я поставлю вопрос по-другому: сколько делегаций должно приехать в Крым, чтобы наконец-то вопрос встал ребром?

А. АКСАКОВ: Я полагаю, что должен быть прорыв в одной из стран. Изберут другую команду, другое правительство. Вместо Меркель, например, придут социал-демократы. Они всегда были более самостоятельными. Если вспомнить историю Вилли Брандта, Шмидта – они как раз первыми начали налаживать отношения ФРГ и Советского Союза. То же самое и там произойдёт. Либо в Испании придут социалисты вместо консерваторов, и они опять же изменят позицию по отношению к России. Одна страна принимает решение о том, что нельзя поддерживать санкции, и все решения Европы аннулируются. Европа уже не может дальше продлевать санкционный режим. А если Европа примет такое решение, за ней и Америка пойдёт.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А решение о том, чтобы снять запрет на ввоз мяса птицы из Венгрии? Это не означает, что венегерская курятина у нас сразу появится на прилавках –  только тогда, когда отменят санкции. А их вообще надо отменять?

А. АКСАКОВ: Это ненормальное решение. Наши антисанкции, конечно, пусть действуют, но только до того момента, когда европейцы отменят санкции. То есть мы не должны избирательно подходить к странам. В конечном итоге, у них консенсусное решение, то есть если одна страна не проголосует за санкции, значит, Европа не принимает санкционное решение. Поэтому даже их добрые слова в наш адрес должны сопровождаться конкретными действиями.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Эффект от санкций губителен, Вы полагаете?

А. АКСАКОВ: Я считаю, что есть некие позитивные моменты.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Я к этому и клоню. Год назад многие чиновники говорили о том, что это - «открытые ворота», импортозамещение, наше производство.

А. АКСАКОВ: Безусловно. Многие начали разворачивать своё производство. Мы ещё не ощутили это на ценах, но необходимо время для того, чтобы начать производить больше продукции. Мы должны очень многое производить внутри страны, начиная от резиновых медицинских перчаток, которые мы завозим из-за рубежа. 75% фармацевтической продукции мы завозим из-за рубежа, хотя всё это мы вполне можем производить у себя, опираясь на свою химию, предприятия и опыт.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Слушатель пишет: «Постоянно все говорят о том, что нужно время. Сколько его нужно?»

А. АКСАКОВ: На самом деле, время нужно. При этом я могу сказать, что многие предприятия уже наращивают свои объёмы. Я - депутат от Чувашии, и я бывал на предприятиях тех, кто очень быстро отреагировал на изменение ситуации. Некоторые увеличили производство на 60%, благодаря тому, что у них появилась возможность замещать импорт.

А. МИТНОВИЦКАЯ: С другой стороны, те запрещённые продукты, попадающие на наш рынок, решили всё-таки уничтожать. И ни детдома, ни дома престарелых, ни казармы их не получат. Вы считаете, что такая жёсткость в этом вопросе принципиальна?

А. АКСАКОВ: Можно было бы конфисковывать и направлять туда, где действительно в этих продуктах нуждаются - в те же дома престарелых, в армию.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Всё это предлагал Владимир Жириновский. Правда, он потом резко отказался от своих слов и согласился с тем, что продукцию нужно действительно утилизировать.

А. АКСАКОВ: Есть такая традиция. Странно будет, если мы будем конфисковывать и тут же направлять в использование. Есть такое правило: когда конфисковывается какое-то имущество, то оно уничтожается. Это касается любой контрафактной продукции, незаконно завозимой из-за рубежа. Видимо, по этому пути и надо идти, поскольку как только появляется возможность не уничтожать, а поставлять, находятся ушлые люди, которые поставляют не только в дома престарелых, но и в магазины.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Это мы говорим в стране, которая ещё меньше века назад голодала, когда был блокадный Ленинград. Мы занимаемся расточительством, Вам не кажется? Тем более, что продукты, скорее всего, качественные.

А. АКСАКОВ: Я не уверен в том, что импортная продукция обязательно качественная. Я скорее соглашусь, что продукция, произведённая у нас в стране, более качественная, чем та, которая идёт по импорту с глубокой заморозкой мяса, химикатами и так далее. Здесь я готов с Вами  спорить.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Вы только что сказали о том, что можно было бы передавать продукцию в дома престарелых и детдома, потом сказали, что лучше бы утилизировать.

А. АКСАКОВ: Можно было бы, но лучше утилизировать.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Было предложение сжигать эту продукцию, получая энергию. Хотелось бы узнать, сколько киловатт можно получить при сжигании одного килограмма «Пармезана».

А. АКСАКОВ: Верное замечание. На самом деле, объёмы, которые незаконно завозятся на нашу территорию, измеряются килограммами, а не тоннами. Поэтому вокруг этого разводить сыр-бор я бы не стал.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я хочу сказать, что России нужно фрагментарно относиться к тем антисанкциям, выдвинутым в отношении тех стран, которые якобы питают к нам симпатии.

А. АКСАКОВ: Поскольку это была оппозиция, соответственно, вряд ли здесь можно говорить о заигрывании и о том, что они с помощью этого пытаются выбить льготы для своих стран. На мой взгляд, это люди с принципиальной позицией, внутренним убеждением. Я таких и в Америке встречал, и в Канаде. Причём канадские парламентарии прямо говорят о том, что их руководство делает разные антироссийские заявления потому, что там большая украинская диаспора, а не потому, что они в этой позиции убеждены.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Теперь давайте к ключевой ставке перейдём. Набиуллина уже заявила, что, скорее всего, не планирует её пока снижать - максимум на 0,5%. Вы полагаете, она права?

А. АКСАКОВ: Я полагаю, что ключевую ставку надо снижать хотя бы на 0,5%. Это сигнал и для рынка, и для банкиров.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А 0,5% - это вообще значимая цифра, если учитывать, как снижали до этого, на 2-2,5%?

А. АКСАКОВ: Если мы снизим на 0,5%, мы достигнем того уровня, который был до существенного повышения.

А. МИТНОВИЦКАЯ: До существенного повышения всё-таки было 9,5%.

А. АКСАКОВ: Нет, 10,5%. То есть мы дойдём до тех уровней, которые были в начале декабря. Конечно, хотелось бы снизить в 2 раза, но Центральный банк должен действовать очень аккуратно. Если резко снизить, можно покачнуть валютный курс и повлиять на инфляцию. И от этого проиграют население и предприятия.  Надо постепенно двигаться к тому, чтобы к концу года ключевая ставка была ниже 10%. И, соответственно, банки тоже будут снижать проценты по кредитам.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но до декабря надо как-то жить, работать, развивать бизнес. Когда мы вчера проводили голосование, выяснилось, что 2/3 аудитории РСН не готовы сейчас брать кредиты со ставкой 11%, потому что все прекрасно понимают, что 11% на выходе в банке - это как минимум 18%, а то и 30%. Они готовы просто подождать до того момента, когда Центробанк всё-таки её снизит. Но другая-то часть берёт кредиты, понимая, что сложно будет их выплатить, а, может быть, и вообще не получится. Как быть с этим? Как тогда говорить о замещении импорта?

А. АКСАКОВ: Во-первых, кредиты берут, и ко мне обращаются очень многие потенциальные заёмщики с просьбой помочь получить кредит. Некоторые даже называют ставку 17%, 18%, даже 20%. Очевидно, что их бизнес-условия позволяют окупить те проценты, которые предлагает кредитная организация в нынешних условиях. В то же время кредиты дают, как правило, тем, кто сможет вернуть проценты. Проще всего было бы мне заявить о том, что я за резкое снижение ключевой ставки, за то, чтобы ставки вообще были 1-2%, как в Америке. Все бы, может быть, рукоплескали, но надо исходить из реальности. У нас уровень инфляции больше 10%, стоимость фондирования дорогая, валютный рынок не очень стабильный. В этих условиях надо очень аккуратно действовать, снижая ключевую ставку. Но снижать точно надо. При этом должны быть отдельные программы по развитию импортозамещения. Есть Фонд развития промышленности, он составляет всего лишь 20 млрд. На наш взгляд, он должен быть в десятки раз больше. Есть средства, которые Центробанк выделяет на так называемое проектное финансирование, то есть на разные проекты, связанные в том числе с импортозамещением, там 100 млрд. Но мы считаем, что Центробанк мог бы выделить в 10 раз больше денег на эти цели. Но лиха беда начало. Раньше этого не было, сейчас это появилось. Мы будем настаивать на том, чтобы эти суммы были больше, и ставка там ниже 10%. А в Фонде развития промышленности даже ниже 5%. Таким образом, уже можно говорить о том, что государство начинает поддерживать импортозамещение с помощью своих денег, но в недостаточных размерах.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А если с другой стороны смотреть, то кредиты зачастую не дают потому, что ограничивают сумму. Предположим, человеку нужно 800 тысяч, а банк говорит, что они выдают только от 1 млн.

А. АКСАКОВ: Есть и такие. Есть те, кто специализируется на микрофинансировании, в том числе микрофинансовые организации. Там надо действительно навести порядок. Там проценты зашкаливают, иногда называются сотни процентов. Конечно, с этим надо разбираться. Мы сейчас приняли закон, в соответствии с которым ставка ограничивается. Но она ограничивается не больше 1/3 средней сложившейся на рынке, то есть если ставка на рынке 100%, то верхняя планка должна быть не более 133%.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но пока закон не принят?

А. АКСАКОВ: Нет, он принят и начинает действовать. Сейчас важно это всё проконтролировать. Там есть требования и по нормативам, и по дисквалификации. Если требования закона не будут соблюдать, значит, будут ликвидировать участников этого рынка.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Ведь уже решено, что Центробанк будет давать запрет на работу банкирам, которые дважды довели до банкротства.

А. АКСАКОВ: Не дважды, один раз. То есть если ты не соблюдал законы и привёл кредитную организацию своими действиями к банкротству, то это уже дисквалификация, включение в «чёрные списки» и невозможность работать в этой сфере.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А это всегда вина банкира?

А. АКСАКОВ: Прежде всего это вина собственников, которые заставляли менеджеров не соблюдать закон. Но если менеджер не соблюдает закон из-за своей высокой заработной платы, то он должен нести ответственность, в том числе и уголовную, потому что пропадают деньги вкладчиков, клиентов банка. Здесь должно быть жесточайшее регулирование и дисквалификация в том числе.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Возможно ли национализировать Центральный банк, видоизменить статью 4 Закона 88.6, принятый по закону Центробанка о том, что он является по пункту 18/2 депозитарием хранения средств МВФ в русской национальной валюте? И статью 22, которая говорит о том, что Центробанк полностью автономен?

А. АКСАКОВ: Я, честно говоря, такие предложения считаю странными. Что можно изменить? Изменим название, переставим стулья, и что? Как будто Центральный банк не является государственной структурой. Его руководитель предлагается президентом и утверждается Государственной Думой. Президент может в любое время поставить вопрос о недоверии к председателю Центробанка, и Дума, очевидно, согласится с таким предложением. Так было с Геращенко. Поэтому эти игры с заявлением о национализации Центрального банка - это, на мой взгляд, неправильная демагогия.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Отвлекают нас от главного.

А. АКСАКОВ: Да. Надо ставить вопрос о денежной, кредитной политике, изменении содержания этой политики. Здесь я согласен, и мы дискутируем по этому поводу. Кстати, в своё время я говорил о том, что надо, чтобы Центральный банк выделял деньги не на один год, а на три. И тогда мне заявляли, что этого никогда не будет. Сейчас срок рефинансирования не ограничен. В том числе и сама Набиуллина это предложение поддержала, и в законе это теперь записано.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Геращенко говорил: «Если бы ценные бумаги мы хранили в американской валюте, в советское время меня бы расстреляли». Экономика полностью продажная, и тем более финансовая. А вы говорите о том, что нельзя.

А. АКСАКОВ: Геращенко как руководитель Центробанка в том числе держал международные резервы Центробанка в зарубежных Центральных банках.  Можно говорить что угодно, но он это делал, исходя, видимо, из своего понимания макроэкономической денежной кредитной политики. Поэтому не надо играть фамилиями и заявлениями. Есть жизнь, экономическая практика и разум, который необходимо включать для того, чтобы защитить интересы страны.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Только что появилась информация о том, что СМИ опубликовали полный текст резолюции Совбеза ООН по Boeing, и голосование фактически назначено на сегодня. Как нам в этой ситуации себя нужно вести?

А. АКСАКОВ: Спокойно.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Отстаивать? Говорить о своих доказательствах?

А. АКСАКОВ: Конечно, надо приводить свою аргументацию, в том числе говорить о том, что наши аргументы почему-то не учитываются, почему-то не допускается российская часть специалистов к этому расследованию. Естественно, возникает вопрос об объективности и о том, что этот трибунал хотят использовать как судилище.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Как феерическое шоу.

А. АКСАКОВ: Да, шоу для того, чтобы оказать дополнительное давление на нашу страну.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Но вето вводить не надо, по Вашему мнению?

А. АКСАКОВ: На мой взгляд, вето надо применить для того, чтобы отбить охоту и желание использовать этот инструмент как дополнительную возможность давления на нашу страну. Вообще мы - великая страна, и должны вести себя соответствующе. Если мы не согласны с тем, что по отношению к нам хотят применить, значит, мы должны это пресечь, в том числе с помощью вето.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Ещё одна сегодняшняя громкая тема - это заявление Госдепартамента об ограничении деятельности гражданского общества. Насколько этот взгляд объективен?

А. АКСАКОВ: Поскольку это американский фонд, то американцы, конечно, защищают его. Это нормальная реакция.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Слушатель очень хорошо написал: «Хотя бы не «палились». Если они ни при чём, если нет никакого влияния на российские неправительственные организации, то сидели бы и молчали.

А. АКСАКОВ: Обычная реакция. Я участвовал как-то в дискуссии в Вашингтоне со шведским парламентарием. Он сделал заявление о том, что Россия должна вернуться в семью цивилизованных народов. Я его спросил: «А кто такие цивилизованный народ и цивилизованные страны? Те, кто уничтожил миллионы индейцев и иракцев? Те, кто создал ситуацию невозможности нормального функционирования Сирии и Ливии?» Он сразу заткнулся, потупил глаза и начал ухмыляться. Так что такое предубеждение у них есть, но нам себя нужно вести достойно, гордо. Мы - великая страна, мы имеем великую историю, и нам нечего перед ними расшаркиваться.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А они действительно ведут здесь такую работу диверсантов?

А. АКСАКОВ: Безусловно. Те оранжевые революции, которые мы видели у наших соседей, говорят за то, что это была рука из-за рубежа. И те события на Украине, которые мы сейчас видим - это тоже результат действия иностранных спецслужб.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Ну, спецслужбы - это одно, а фонды - другое.

А. АКСАКОВ: Фонды зачастую выполняют как раз роль спецслужб. И там даже иногда могут быть люди, которые нештатно или даже штатно являются представителями спецслужб.

А. МИТНОВИЦКАЯ: А как же демократия? Сами разберёмся?

А. АКСАКОВ: Это такой способ продвижения. Занимались бы своими внутренними делами, а то лезут везде, нас учат тому, какая у нас должна быть демократия, иракцев учат. Искали там оружие массового уничтожения, потом сказали: «Извините, мы ошиблись». А миллионы иракцев заплатили жизнями за поиск демократии. Сейчас в Ливии, Сирии тысячи людей погибают. Вот результат обучения демократии извне.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Анатолий, подскажите, пожалуйста, ЦБ - это частный банк или государственный?

А. АКСАКОВ: Это - государственная структура, подчиняющаяся закону. Я уже приводил пример, что кандидат на должность руководителя Центрального банка предлагается президентом, основные направления денежной кредитной политики рассматриваются в Государственной Думе. Отчёт Центрального банка заслушивается в Госдуме. Другое дело, что не все действия Центрального банка поддерживают.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Как вы рассматриваете дальнейшие финансовые возможности России в свете создания банка БРИКС, в свете развития ШОС и взаимодействия со странами Азии, Латинской Америки? И второй вопрос: почему наши предприниматели не работают с мусульманскими инвесторами? Там огромный рынок, но там просто не принято ростовщичество.

А. АКСАКОВ: Работают, но не так активно, как хотелось бы. Но и сами арабы и представители мусульманского бизнеса, в том числе индонезийского, очень сдержанно приходят на неизвестные им рынки. Но постепенно этот процесс закручивается, в том числе с помощью так называемых мусульманских финансовых инструментов. Скоро у меня будет встреча с послом одной из арабских стран, мы будем как раз обсуждать тему фондирования наших финансовых институтов с помощью арабских бизнес-структур. Что касается Востока, и Африку я бы тоже добавил, - это действительно перспективное направление. Там клондайк, это - будущее мировой экономики. В последние дни весенней сессии мы приняли очень важный закон о создании свободной зоны - порт Владивосток. Эта свободная зона соединит континентальный Китай, две северные провинции с общим объёмом ВВП в 1 трлн долларов с океаном. В результате эти две провинции смогут, используя наши порты, транспортировать свою продукцию и в другие регионы Китая, и в Европу через Суэцкий канал. Но мы рассчитываем на то, что благодаря этим логистическим центрам начнёт развиваться транспортный коридор Восток-Запад. То есть товары из этих провинций пойдут по транспортному коридору через Россию на Запад, в Европу. Соответственно, эта магистраль начнёт быстро развиваться.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Что ждёт нас с нефтью? Мы фактически откатились на уровень марта.

А. АКСАКОВ: Нефть - это финансовый инструмент, это не только товар, который пользуется спросом при развитии экономики. А финансовый инструмент подвержен колебаниям на рынке. Сейчас у него такая нисходящая траектория. Через некоторое время вернётся к иным позициям.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Это к тем, которые были 2 недели, месяц или год назад?

А. АКСАКОВ: На мой взгляд, сейчас такие фундаментальные позиции по цене на нефть - около 60 долларов за баррель. Очевидно, они будут колебаться между 50 и 65 или 50 и 70, но средняя величина - на уровне 60 долларов.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Сейчас 53 доллара на бирже.

А. АКСАКОВ: Да, а была 64. Рубль у нас привязан к цене на нефть, поэтому он будет дорожать.

А. МИТНОВИЦКАЯ: Каков прогноз на конец года?

А. АКСАКОВ: Не хотел бы называть точные цифры, но, на мой взгляд, фундаментальный курс - около 55 рублей за доллар.

А. МИТНОВИЦКАЯ: У нас в гостях был Анатолий Аксаков, глава Комитета Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству. Спасибо.